Исцелю тебя любовью (СИ)

«Я ее сгрызла вместе с губами», — хочется крикнуть, но я лишь натянуто улыбаюсь.

— На вот. — Поля протягивает мне помаду, пытаюсь взять, но от того, что руки дрожат, она падает на пол и укатывается."

"— Ты обалдела? — Глаза Полины в ужасе распахиваются. — Знаешь, сколько она стоит?

— Черт, сейчас.

— Да сиди уже. —Алла опережает меня, находит пропажу и отдает нам.

Полина пересаживается ко мне и быстро наносит слой на губы.

— Вот теперь хорошо, — улыбается она, а я лишь обреченно вздыхаю. Чувствую себя жертвенным ягненком, которого везут на заклание.

— Подъезжаем, — извещает водитель, и я покрываюсь тонким слоем мурашек с головы до пят.

Спустя пару минут лимузин останавливается около ЗАГСа. Жутко пафосного. Зачем — я до сих пор не понимаю. Это все Сережа. Я бы вообще просто расписалась и посидела в ресторане. Но он настоял на застолье. Я не спорила. Все это как будто происходило не со мной и меня не касалось, а сейчас ощущаю себя чужой на собственном празднике.

Сергей пригласил родственников и коллег по бизнесу.

Сергей открывает дверь и подает мне руку. Уверенно вкладываю свою ладонь. Осторожно вытягивает меня на улицу и отходит на шаг. Скользит внимательным взглядом и удовлетворенно улыбается.

— Ты восхитительна, — произносит хрипло. — Сам себе завидую.

— Спасибо, — натянуто улыбаюсь.

— Замерзла?

— Немного.

Он притягивает меня к себе и обнимает, но его руки больше не согревают меня. Холод идет изнутри. Мне плохо и больно, словно в груди что-то рушится. Это Орлов вырвался из заточения и вновь разносит мою жизнь в щепки.

— Ты такая напряженная, волнуешься? — шепчет Сергей на ухо и невесомо касается губами виска. Обычно он более сдержан на людях и предпочитает свести тактильный контакт к минимуму.

— Очень, — отчаянно вру, хватаясь за последнюю соломинку.

— Не переживай, все будет хорошо.

Неуверенно киваю.

— Пойдем, гости ждут.

Я не хочу к гостям. Не хочу в толпу людей. Оставьте вы меня все в покое. Хочется орать и топать ногами, но я послушно иду за своим женихом. Не могу подвести его. Он не заслуживает предательства.

— Сереж, стой, — не выдерживаю я напряжения. — Нам надо поговорить.

— Давай после? — смотрит он на часы. — Наше время через две минуты. Задержка встанет в лихую неустойку.

— Конечно, — обреченно вздыхаю я. Все покупается и продается.