Я тебя поймаю

 — А ей нельзя…

О третьей беременности знаменитой Ланы де Анвиль трубят СМИ уже который месяц. Известная в прошлом модель кому угодно может показаться надменной и холодной. Но мне стоило только один раз увидеть, как она смотрит на моего брата, как все сомнения и вопросы отпали. И если Светка безумно дорога моему брату, то я просто обязан ему помочь.

— С Таисией проблемы, — со вздохом бросает старший брат. — Кажется, кто-то объявил на нее охоту.

— Требования? — спрашиваю деловито, а сам чувствую, как душа скатывается куда-то в пятки.

— Никто не объявлялся. Пахомов счел за благо отправить ее в Пилюгино. Поселок закрытый. Везде охрана.

Усевшись за стол, устало тру лицо и неожиданно испытываю благоговейный ужас. Боюсь включать компьютер. Чужая территория. И за красные флажки лучше не заступать.

— Алиса, — зову своего секретаря. — Этот ноутбук рабочий или используется вместо электронной указки?

— Да, все работает, — кивает она и добавляет тихо. — Все уже собрались в приемной.

— Она отдыхает, — машу я в сторону закрытых дверей и поправляю себя поспешно. — В смысле работает в комнате отдыха. Зовите народ.

Лениво придвигаю к себе лист бумаги и беру из тонкого высокого пенальчика ручку. Черкаю размашисто.

— Не пишет, — укоризненно смотрю на Алису. Та снова выбегает из кабинета и возвращается уже с толстым мужиком в помятом костюме и худенькой женщиной в джинсах и белой рубашке. Управляющий и финансовый директор.

Семен Петрович и Александра Евгеньевна. Обоих знаю. Работают с Пахомовым много лет и не раз бывали на всяких торжествах, устраиваемых Виктором Николаевичем. Значит, воровство исключено. Ну, не на сто процентов, конечно. Естественно, немного злоупотребляют властью и доверием. Но не гребут совковой лопатой.

— Антипова тоже зовите, — прошу я душевно Алису. И пересев поближе к топам, спрашиваю тихо. — Схему распределения денежных потоков кто мне расскажет?

— А? — удивленно смотрит на меня Александра.

За такие знания в случае чего оторвут голову. Но если жениться на Тайке…

«Твою мать! — раздраженно обрываю себя. Сосредотачиваюсь на белом листочке, испещренном рисунками и надписями. И обведя несколько сомнительных моментов, прошу.

— Здесь, здесь и здесь.