Горец

Обхватываю ногами его талию, прижимаясь бедрами к его бедрам, ощущая сквозь ткань наших джинсов его эрекцию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты ехал черт знает куда, чтобы меня трахнуть подальше от бабушки? — выдыхаю, когда отрывается от моих губ. Снимает с меня водолазку, расстегивает джинсы и снимает их.

— Давид?

— Да, Алена, я ехал сюда с тобой, чтобы трахать тебя двадцать четыре часа все семь дней, не переживая, что нас могут прервать, — у меня аж дар речи пропадает от такого признания.

— Серьезно? — приподнимаю брови и бедра, лишает меня трусов. Я стараюсь не показывать своего нетерпения, но мои глаза горят, наблюдая за поспешным раздеванием муженька.

— Как никогда, — толстовка в сторону, джинсы следом летят на пол к моим вещам."

"— Я сама, — подрываюсь на кровати, как только берется за резинку боксеров. Убирает руки, щурит глаза, я опускаюсь перед ним на колени. Облизнув губы, неторопливо поглаживаю через ткань напряженный член.

— Я хочу сделать тебе приятное, — смотрю снизу — вверх в глаза, Давид так же облизывает губы.

— Я не возражаю, — смотрит сквозь опущенные ресницы, напрягая пресс, как только я оттягиваю резинку и позволяю его члену вырваться на волю.

В теории я знаю, как делать минет, просветили некоторые сайты категории восемнадцать плюс. На практике мне страшно сделать что-то не так. Оглаживаю пальчиками по всей длине, чувствуя подушечками пальцев каждую венку.

— Что? — воинственно задираю подбородок. Если сейчас скажет, какую-нибудь чушь, встану и уйду. В другой конец комнаты.

— В рот возьми. Только не откуси, — не понимающе смотрю несколько секунд, потом смеюсь, качая головой.

— Шутить изволишь?

— Никак нет. Держу себя в руках, хотя терпение совсем на исходе, — гладит меня по голове, улыбается.

Мне теперь не просто хочется, я упиваюсь сама тем, что могу подарить ему себя без остатка.