Горец

— Чего? Испугался моих запросов? И да, позы я чаще предпочитаю женщина сверху, — Давид ухмыляется.

- Почему-то даже не сомневался.

— Завтра я возможно передумаю и вот-вот пойдут женские дела, останешься ты без сладкого на неопределенное время.

— Врачи советуют сладкое исключать из рациона. Так что, наверное, оно и к лучшему, на ночь сладкое вредно."

"— А как ты смотришь на утренний омлет? — прикусываю губу, насмешливо наблюдая, как Давид пытается понять, что я имею ввиду.

— Омлет? — хмыкает, рассматривает сквозь опущенные ресницы.

— Омлет? — Милана появляется не вовремя и не к месту, моя улыбка тускнеет на несколько вольт, Давид тоже цепляет маску равнодушия. — Проголодался? — становится между нами, улыбается скользко, неприятно.

— Помнится ты всегда любил хорошо покушать, а теперь, наверное, посадят на безуглеводную диету, — окидывает меня придирчивым взглядом. Стройная я от природы. Спасибо маме, это она снабдила меня такими генами.

— Пару лишних килограмм скинуть ему не помешает, впрочем, тебе тоже, — Милана вспыхивает, злится.

— Давид! — бывшая жена ищет в бывшем муже поддержку, он открывает рот, я спешу выпалить:

— Давид! — и приподнимаю брови. Не повезло мужику. Ну, просто не повезло оказаться между двух огней.

— Ах, вот вы где, дети, — ему на помощь приходит бабуля. Она быстро сориентировалась, что происходит, ибо поза Миланы слишком показательна, да и мой вызывающий взгляд о многом говорит.

— Давид, тебя внизу ждут ребята, — быстро командует бабушка Тамара, — Милана, кажется тебе тоже пора домой, негоже оставлять малютку без мамы. — пристыдили бывшую невестку, опускает глаза, поджимает губы. Давид подходит ко мне, целует в щеку, берет за ладонь, ободряюще пожимает. Я улыбаюсь ему, игриво приподнимая бровь, намекая на наш разговор.

— Ревнуешь?

— Еще чего! — вскидываю подбородок. — Ревнуют только неуверенные в себе люди.