Госпожа страсти, или В аду развод не принят

– Давай, ты же мужик, так перестань базарить, докажи делом!

И не успела Коваль даже рта раскрыть, как они уже сцепились, снося все вокруг. Это еще хорошо, что, кроме них, на террасе никого не было, иначе пострадавших было бы больше. Марина спокойно подозвала Севу, приложив палец к губам, вынула у него из кобуры пистолет, встала и приблизилась к Егору и Хохлу, вытягивая руку вперед:

– Если вы не прекратите, я выстрелю и грохну кого-то из вас, и мне даже неважно уже, кого именно, – негромко, но отчетливо произнесла она.

Егор остановился первым, прекрасно зная, что Коваль никогда не шутит такими вещами.

– Все, дорогая! Один – один, как в футболе! Убери ствол, детка, я тебя прошу."

"У нее вдруг дико заболела голова, так сильно, что помутилось сознание и в глазах потемнело, рука с пистолетом задрожала, он выпал на пол террасы, и Марина завалилась туда же, отключившись. Хохол и Малыш, расхристанные после драки, как по команде кинулись к ней, но Женька успел раньше, а Егора скрутили подскочившие охранники.

Хохол легонько хлопал Марину по щекам, пытаясь привести в чувство, ее голова безвольно моталась туда-сюда, а ресницы чуть подрагивали – сознание начало возвращаться.

– …урод, твою мать, я тебя завалю, если с ней что-то случится! – сквозь пелену до нее доносился вопль разъяренного Женьки. – За каким хреном ты приехал сюда?! Чтобы не давать ей спокойно жить? Она больна, ей покой нужен, понимаешь? Мне таких трудов стоило поставить ее на ноги, а ты за секунду свел это все на нет, тварь! Забирай свою мочалку и вали отсюда, и впредь обходи заведения, принадлежащие Коваль, за километр, целее будешь!

Что сказал в ответ Егор, она не поняла или не услышала, но когда открыла глаза, ни его, ни его подруги уже не было, а Женька, прижимая к разбитой губе платок, орал на Севу:

– Совсем беспонтовый, да?! На хрен иди тогда, специалист! Как можно отдать пистолет в руки женщине, у которой в голове три дыры, а? А если бы она действительно шмальнула в кого-то?

– Да не смогла бы она…

– Она?! Она еще не такое может, уж мне поверь, баклан! Она с ""калашом"" на такое ""ты"" общается, что тебе и не снилось, это я тебе говорю! В другой раз что хочешь делай, хоть бей ее, но ствол в руки не давай, усек? Вот посидели мы с тобой, киска, – заметив, что Марина очнулась, совершенно другим тоном сказал Хохол, помогая ей встать на ноги.