Гладиаторы

Сорокамиллиметровая автоматическая пушка выдавала восемьсот выстрелов в минуту, и капитан не жадничал, всаживая по осколочно-фугасному снаряду в каждый клочок развалин, где могли прятаться ксеносы. Пушку поддержали автоматы, и вскоре вокруг машины бушевало настоящее сражение. В течение трёх минут у всех сидевших в десанте было такое впечатление, что они оказались внутри огромного барабана. Опустошив магазин, Матвей выдернул автомат из бойницы и, сменив рожок, посмотрел на собаку. Резкий кислый запах сгоревшего пороха резал ноздри даже самому Матвею, чего уж говорить о собаке.

– Потерпи, родной, скоро всё кончится, – проворчал Матвей, погладив пса по загривку.

Сменив магазины, бойцы настороженно притихли, вглядываясь в развалины. Несколько раз повернув башню из стороны в сторону, капитан осмотрелся и, сжав зубы, приказал:

– К машине! Прочесать развалины! Кинолог, останьтесь здесь.

Понимая, что в данной ситуации ему придётся подчиниться, Матвей распахнул люк и, выскочив на улицу, придержал Роя, не давая ему кинуться в развалины.

Отведя собаку в сторону, Матвей снял с пояса фляжку и принялся смывать пороховую гарь с морды собаки. Убедившись, что пёс отдышался, а десантный отсек проветрился, Матвей перевесил автомат на грудь и, закурив, устало привалился к кормовому люку.

– Как ты узнал, что мы в засаду угодили?

– Он сказал, – ответил Матвей, ткнув пальцем в Роя.

– В каком смысле – сказал?

– Ну, все же слышали, как он зарычал ещё до того, как я открыл люк. Это и значит – сказал.

– Я, конечно, слышал, что собаки здорово чуют тварей, но чтобы так?! – капитан покрутил головой.

– Какую норму? – не понял Матвей.

– На отстрел тварей и растрату боеприпасов, – криво усмехнулся капитан. – За этот бой мы почти всё, до железки, выпустили. Так что в дальнейшем поиске смысла нет. Сам понимаешь, кирпичами в них кидаться бесполезно.

Мрачно кивнув, Матвей дождался, когда бойцы загрузятся в машину, и, запустив Роя, уселся в салон последним, захлопнув за собой люк.