Факир на все времена

Тот прочел и также переменился в лице, протягивая бумагу Жанне Гринько. Ответ, полученный из Москвы, гласил, что бизнесмен Михаил Вицинский никогда не был гражданином России, так как являлся гражданином Белоруссии. Он же являлся гражданином Украины Михаилом Южным, он же был гражданином Молдавии Морисом Григориу, он же был гражданином России Михаилом Ростовским. И еще имел восемь имен. Четыре судимости, опытный вор-рецидивист, работающий обычно в крупных бандах и под прикрытием. И соответствующая кличка — Князь.

— Теперь понятно, почему его так убили, — мрачно подвел итог начальник полиции. — Это был не просто гость отеля, а вор-рецидивист, у которого могли быть свои собственные враги.

— Я чувствовала, что он недоговаривает. Чувствовала его манеры, жесты, слова, которые иногда его выдавали! — С досады Жанна ударила кулаком по столу.

— Мы не можем проверять прошлое каждого гостя, — сказал Джемал Азиз, — а визы мы даем всем приезжающим прямо на границе. И мы рады всем. Чем больше туристов, тем больше денег и тем сильнее растет наша экономика. Мы не можем знать, кто к нам едет с чистым паспортом. Может быть, это бывший вор или убийца.

— Насчет паспортов… — вспомнил Дронго, — в соседнем от Татаренко номере украли российские паспорта с шенгенскими визами. Я думаю, что это звенья одной цепи. Ворам нужны были не столько деньги, сколько документы и визы.

— Наш следователь уже занимается этим делом, — сообщил начальник полиции.

— Нужно объединить эти два дела в одно, — убежденно произнес Дронго. — Если здесь оказался такой опытный вор-рецидивист, то он приехал сюда явно не один. Посмотрите, что вам пишут из Москвы.

— Он приехал один, — нахмурился Джемал Азиз, — мы все проверяли.

— Значит, сообщники где-то рядом. Приехали либо раньше, либо позже. И рядом находился недруг, которого он, однако, знал в лицо.

— Как мы можем его вычислить? — спросил начальник полиции. — Проверять всех подряд? Это просто немыслимо. У нас будет такая репутация, что сюда никто не приедет.