Есенин: Обещая встречу впереди

В последнем случае, правда, очевидно созвучие с известным утверждением Якова Блюмкина: «Троцкий — это самый совершенный человек нашего времени».

Скорее всего, Есенин слышал это высказывание от самого Блюмкина, но при случае повторил услышанное Наседкину как собственную мысль.

Литератору Олегу Леонидову Есенин сказал, что видел Троцкого несколько раз — вероятнее всего хвастался, хотя можно предположить, что они встречались ещё раз. Сути это не меняет: Леонидов, видевший Есенина в те дни, писал, что после разговоров с Троцким «Есенин уходил оттуда спокойным, довольным, мечтая стать „государственным“ национальным поэтом и, отчасти посмеиваясь, а отчасти серьёзно, называл себя государственной собственностью».

Что же всё-таки сказал Троцкий Есенину? Не он ли и поименовал его в разговоре «государственностью собственностью»? Словосочетание не из есенинского словаря.

Должен ведь был Троцкий сказать что-то такое, подействовавшее столь серьёзно.

О России и русском народе тоже заходил разговор? Наверняка же заходил.

В этом разговоре есть только одна оговорка: продолжив работу над поэмой «Страна негодяев», ничего в образе Чекистова Есенин исправлять не станет.

Но Троцкий, как мы помним, не имел никакого отношения к ЧК. Тогда об этом знали все.

Если бы Есенин всерьёз желал намекнуть в своей поэме конкретно на Троцкого, то назвал бы этого персонажа Военсоветов или Эрвээсов.

А вот в недрах ВЧК прототипов для такого персонажа, как Чекистов, было, увы, предостаточно.

Петроградской ЧК, расстрелявшей Гумилёва, руководил С.

Всеукраинскую ЧК в годы Гражданской войны возглавлял Семён Шварц. (Время действия «Страны негодяев» — годы Гражданской, а основное место действия — Украина.

В конце концов, Есенин мог срисовать Чекистова с любого следователя, с которым имел дело во время своих задержаний.

Намерениям выстроить некую конспирологию на теме взаимоотношений Троцкого и Есенина более всего мешают Троцкий и Есенин.

Троцкому со всей очевидностью нравились стихи Есенина.

Имея не вполне реализованные литературные амбиции и безусловное желание зафиксировать своё имя в истории, Троцкий явно ставил цель расположить к себе Есенина.