Его нежеланная графиня

Может и не слишком разумно, но Лианне после болезни требовалось солнце. Да и будущему ребенку тоже не повредит морской воздух.

Правда нужно будет договориться с Лайоном, чтобы присмотрел за поместьем. Еще раз встретиться со всеми мастерами. Обязательно забрать голубей и организовать на Актае голубятню.

К тому же, пара лет — совсем небольшой срок. В конце концов, ровно столько же она находится в этом мире. И эти два года пролетели словно один миг. Так почему бы не позволить себе отдых у моря? Подальше от всех, чисто в кругу семьи.

Заодно посмотрим, насколько Актай безнадежен в плане перспектив.

Нортман предпринял еще одну попытку ее переубедить.

— Поверь, я тоже не хочу с тобой расставаться. Но ты даже не представляешь, на что соглашаешься.

— Еще пойму. — Алес прибегла к последнему аргументу. — Кроме того, я не собираюсь растить ребенка одна."

"— Лия уже достаточно взрослая и не доставит тебе хлопот. Вдобавок, я найму для нее преподавателей…

— Речь сейчас совсем не о ней!

Их взгляды встретились.

— Ты…

— Я затем и приехала, чтобы тебе сказать. — она рассеянно коснулась живота. И ее руки тут же оказались накрыты теплыми ладонями.

Мужчина провел губами по виску, задержавшись щекой на светлых волосах. Сердце его колотилось часто-часто. А от всколыхнувшихся эмоций сжалось горло.

— Родная моя… — произнес он шепотом. — Алесия…

Алес заглянула в заблестевшие глаза и вдруг ощутила бесконечное умиротворение.

— Ты рад?

Нортман кивнул, крепче прижимая ее к себе. Острое чувство нежности переполняло до краев, отдавая в голову, не хуже крепкого вина.

— Я счастлив.

Эпилог

— Я, граф Лайон Осберт Бартон, три года назад перешагнувший рубеж молодости, беру тебя, Кэрин Ореса в законные жены. И клянусь быть верным супругом, клянусь любить тебя, оберегать и заботиться…

Алесия наблюдала за церемонией из первых рядов.

Храм, который выбрал Лайон для заключения брака, был не очень большим. И заметно отличался от того, где венчались Арельсы. Солнечный свет, проникавший сразу через десятки окон, радостно заливал зал. Белые колонны оплетались зеленью. А мраморный пол блестел, как снег в лучах фонаря.

Правда столь неравный союз вызвал немало пересудов в обществе.