Его нежеланная графиня

— нехотя согласился Лайон, — Но видишь ли, твой супруг…

— Относится к представителям власти, да? — Алес не скрывала своей иронии, но видя, как у мужа взметнулись брови, прикусила язык.

Мда, разрядила, называется, обстановку. Выставив себя при этом, похоже, полной дурой. Столько времени прошло с момента появления, а этот мир еще изучать и изучать. Но есть и плюсы, Нортман с Лайоном теперь смотрели друг на друга без прежней неприязни. В глазах брата — терпеливая снисходительность. У мужа — откровенное непонимание.

— Я же военный человек.

— Граф, моя сестра воспитывалась в глуши и не слишком разбирается в таких нюансах. — негромко сообщил Лайон. — Благородной леди это и ни к чему."

"— Пожалуй, тут вы правы, граф Бартон. — голос мужчины звучал более миролюбиво, чем пять минут назад. — Благородным леди действительно нет нужды вникать в мужские дела. И уж тем более присутствовать на допросе. Так что, графиня…

«…отправляйтесь лучше к себе?». — мысленно закончила за него Алес, однако супруг ее удивил.

— … ни о чем не беспокойтесь. Если будет что-то важное, то мы обязательно вам сообщим.

Настаивать на своем Алесия не стала. В конце концов, Лайон же знает, что конюх скорее всего не виноват. А значит, в случае чего, вмешается. Да и надо дать мужчинам возможность присмотреться друг к другу.

Может, объединенные одним делом, они быстрее найдут общий язык?

А она пока, заглянет к падчерице. Лианна по-прежнему побаивалась графа Бартона и делала все, чтобы как можно реже попадаться ему на глаза.

* * *Девочка действительно была у себя. Успев переодеться, она кружила по комнате, не в силах усидеть на одном месте. Появление мачехи было встречено радостным возгласом:

— Ох, Алес! Я столько должна тебе рассказать!

— Смотрю, охота оправдала твои ожидания? — мягко поддела ее Алесия, чувствуя, что впереди долгий и очень подробный рассказ. Поэтому она поудобнее устроилась в кресле и положила на колени маленькую подушечку.

— Да! — выдохнула Лия, вновь прокрутившись вокруг своей оси. — Ты только подумай, Морес сказал, что я замечательная! А еще он считает, что я очень хороша собой. — у девочки заалели щеки.

Увы, Алес не могла разделить ее восторга. Слишком уж «вовремя» активизировался молодой человек.

— Вот как? — спросила она, как можно ровнее. — А больше Морес ничего не говорил?

Лианна плюхнулась на покрывало и перекатилась на живот.