Его нежеланная графиня

На переделку сорочки ушло около десяти дней. Казалось бы, что сложного — подрезать, укоротить, подшить? С этим любая справится. Но, как это всегда бывает, уже в процессе вылезли различные нюансы.

Даже после всех манипуляций, сорочке очень не хватало красоты. Немного подумав, Алесия снова взялась за иглу. И, после некоторых мучений, у воротника, на рукавах и по низу подола появился тонкий этнический узор голубого цвета.

На что-то большее девушка замахиваться не стала. Во-первых, вышивка — это долго и кропотливо. А во-вторых, тут главное не переборщить.

Вернулась из деревни Агнета и вручила графине два свертка с перетертой травой.

— Как вы и просили, ваше сиятельство. Этот, — она кивнула на перевязанный голубой ниткой, — От мужского бессилия. Альма посоветовала разбавлять его ягодным отваром, для лучшего вкуса. А здесь, — нитка на втором свертке была розовой. — Чтобы не понести. Только Альма сказала, что им лучше не злоупотреблять. Он не слишком полезен для здоровья.

— Ее не удивила моя просьба?

Служанка покачала головой.

— Нет, госпожа. Альма говорит, в семье всякое бывает. И еще… ну… что вы правильно делаете, что не опускаете рук. А мужики, хоть при титуле, хоть без — устроены одинаково. И сами никогда не пойдут за такими травками. Она сказала, что все понимает, и пообещала молчать.

Алесия неслышно перевела дух и мысленно извинилась перед мужем. Впрочем, о сочувствии одной деревенской знахарки он вряд ли когда-нибудь узнает. Альма не имела привычки делиться тайнами своих пациентов.

— А как у них там вообще обстоят дела?

Дела в деревнях обстояли неплохо.

Да, граф действительно отправил в поместье своего управляющего. Но тот пока ведет себя прилично. Новых порядков не наводит, во все вникает. Правда остановил стройку на холме, так мужики не растерялись и не стали разбредаться кто куда.

Зато на школу управляющий пока не покушался. И не будет, как с лукавой улыбкой намекнула Альма.

Откуда у крестьянки такая уверенность?

На этот вопрос Агнета ответить не могла. Только предположила, что управляющий, должно быть, просто жалеет сирот.

Алесия к такому объяснению отнеслась довольно скептически. В жалость она не верила.