Дважды одаренный. Том II

А если нет, ты, Александр, не стесняйся и скажи там, кто ты есть.

— Можешь ещё добавить, что я тебя пригласил, — широко улыбнулся Григорий.

Пётр покосился на него с подозрением, вздохнул и проговорил:

— Мы оба тебя пригласили. Так будет вернее.

— Эй, думаешь, одной моей рекомендации мало? — возмутился его друг.

— Чем больше рекомендаций, тем лучше, — парировал черноволосый.

Я усмехнулся. Легко с ними общаться, хотя каждый из них в два с лишним раза старше моего нынешнего биологического тела.

Но этим ведьмакам плевать на такие условности.

* * *С Григорием и Петром я просидел ещё минут тридцать, задавая интересующие меня вопросы о жизни ведьмаков и походах в Проклятые Земли. Мужики охотно делились советами, а потом мы довольно тепло попрощались — Пётр сказал, что им пора разъезжаться по домам и начинать подготовку к следующему походу.

Когда ведьмаки уселись в такси, уже вовсю рассвело. Посмотрев вслед удаляющейся машине, я двинулся в сторону ворот Академии, с наслаждением вдыхая аромат утренней свежести.

Поняв, что у меня ещё минут двадцать до открытия, я решил заложить круг и прогуляться по кварталу.

Именно в этот момент, когда я шёл по пустой улочке, у меня вдруг зазвонил телефон.

И кому только не спится?

Я достал трубку из кармана и взглянул на экран.

Хм… ещё и номер неизвестный.

— Алло, — ответил я.

На той стороне пару секунд висело напряжённое молчание, а затем резкий мужской голос произнёс:

— Доброе утро. Александр Егоров?

— Всё верно, здравствуйте. С кем имею честь?

— Боярин Андрей Степанович Мурашов.

Отец Алины. Прошу прощения за столь ранний звонок, но я не мог не позвонить вам, когда узнал подробности сегодняшнего… — Он замолчал и скрипнул зубами. Мужчине явно было тяжело держать себя в руках. Резко выдохнув, он продолжил: — Сегодняшнего инцидента. От всей души благодарю вас за организацию спасения моей дочери. Я обязательно отблагодарю вас и лично, но позже. Сейчас пока так… спасибо вам, Александр. Я никогда не забуду того, что вы сделали для Алины.

Он говорил пылко и решительно. Я невольно вспомнил саму Алину и её огненную стихию, отчего улыбнулся."

"— Пожалуйста, Андрей Степанович, — спокойно проговорил я. — Я принимаю благодарность, но хочу, чтобы вы знали: ваша дочь — мой друг и важный человек для другого моего друга. Я просто не мог остаться в стороне.

На этой ноте я заметил, что подошёл к главным воротам Академии, бросил взгляд на уличные часы, висевшие возле них. Уже пускают. Отлично.