Двойник Короля 8

— Ну, начать можешь с того, что тут делали люди ССР, — я стал медленно приближаться к ней, сокращая дистанцию шаг за шагом. — Продолжить тем, что отдала им собранные мной данные. Добавить немного про Щетинова и закончить всё новостю, что тебя, судя по всему, повысили.

С каждым словом я делал шаг ближе. Руднева открыла рот и попятилась назад, пока не упёрлась спиной в стену рядом с окном. Её глаза расширились, а руки инстинктивно потянулись к карману, где она обычно держала свой нож.

— Как? — прошептали её губы.

— Закрой рот, а то муха залетит, — подмигнул девушке, когда уже почти прижал её к окну. — Тебе же велели что-то мне передать?

— Ты что, ясновидящий? — изумилась Катя, и в её голосе впервые за всё время знакомства я услышал настоящий страх.

— Скорее, яснодумающий, — улыбнулся, отступая на шаг и давая Рудневой немного пространства.

Пока девушка приходила в себя, уселся на кровать, прикидывал возможные варианты действий.

Руднева стояла, прислонившись к стене, её дыхание постепенно выравнивалось. Она провела рукой по коротким волосам, словно пытаясь собраться с мыслями.

— Твой отчёт по лейтенанту Алику Арслановичу Щетинову… — дёрнула щекой Катя, выдавливая из себя слова. — Мне сказали, если ты проверил, что он чист, значит, так и есть. Не понимаю, почему настолько доверяют какому-то новичку и сопляку, словно ты профессионал какой-то.

Я вспомнил, как допросил татарина в камере ССР с помощью иглы и предоставил отчёт Журавлёву. Уверен, мужика впечатлили мои навыки. Пусть пока думают, что у меня просто замечательная харизма и глубокий внутренний мир, поэтому люди раскалываются.

— Что касается… полученных тобой чистосердечных признаний и людей, которых ты выявил тут, — Руднева стала серьёзной, даже голос изменился, звучал твёрже.

Она достала из внутреннего кармана кителя сложенный лист бумаги и протянула мне. Я взял его и бегло просмотрел — официальная благодарность от командования ССР за помощь в выявлении девяти предателей среди рядового и сержантского состава.

— Правда? — поднял брови в искреннем удивлении.