Дочки-матери

А вот представитель государственного органа опеки и попечительства, когда ей предоставили слово, попросила заслушать ее после того, как свою точку зрения выскажет третья сторона – также подавшая заявление в суд на установление материнства Кузнецова Наталья Сергеевна.

Я представила, как волновалась бы Натка, если бы ей пришлось излагать их с Костей точку зрения и добытые доказательства самой, и улыбнулась. Все-таки хорошо, что я настояла на адвокате и договорилась с Раковой. Марина волноваться не будет.

Я прекрасно знала, какую именно фактуру накопали Костины коллеги и частный детектив. Узнать это оказалось совсем несложно. Настенька не была первым ребенком Ольги Васильевой. Ее старшая дочь появилась на свет, когда непутевой мамаше было всего шестнадцать лет. Ее с самого рождения воспитывала мать Васильевой, и до сих пор тринадцатилетняя девочка проживала с бабушкой в Пензенской области.

Суду был предоставлен официально заверенный опрос соседей, которые показали, что к матери и дочери Васильева за все эти годы приезжала всего несколько раз, никогда не помогала им деньгами, не интересовалась судьбой ребенка и никак не участвовала в его воспитании, хотя и не была лишена родительских прав.

Второй ребенок – на этот раз мальчик – появился на свет спустя пять лет. Ольге Васильевой на тот момент был двадцать один год. Его она, та-дам, оставила в родильном доме города Пензы, оставив официальное заявление об отказе от ребенка.

Третьего ребенка, снова мальчика, Ольга Васильева родила за два года до появления на свет Насти. Этого сына она забрала из родильного дома, но оформила официальный отказ и сдала малыша в детский дом в Санкт-Петербурге, где в то время проживала с гражданским мужем, когда малышу было четыре месяца.

Настенька была четвертым брошенным ребенком нерадивой мамаши, оставленным в родильном доме даже без официального оформления бумаг. Но и это было еще не все.