Дочки-матери

Понуро они двинулись в нужную сторону, но через пару шагов их остановил окрик со спины.

– Постойте!

Обернувшись, Натка и Таганцев увидели, что их догоняет Ольга Васильева.

– Постойте. Мне надо с вами поговорить, – сказала она, подойдя.

– О чем?

– О Насте, разумеется. Мне кажется, вы в этом заинтересованы.

– Мы заинтересованы в том, чтобы стать настоящими родителями вашей дочери. Любящими родными людьми, которым небезразлична ее судьба, – резко сказала Натка. – Мой муж уже один раз спас девочку, когда она лежала в больнице никому не нужная.

Не напомните, где в этот момент были вы? Про Настю и ее судьбу тогда писали в интернете. Много и подробно. Но вы отчего-то не примчались хотя бы посмотреть на нее, тогда почему же вы приехали сейчас, когда ваш ребенок получил реальный шанс на хорошую и достойную жизнь?

– Вы задаете вопрос, на который знаете ответ. – Васильева усмехнулась. Гадко, словно окрысилась. – Разумеется, я не собираюсь отягощать свою жизнь ребенком. Но мне нужны деньги. И если вы хотите получить Настю, то вам придется за это заплатить.

Сумму я назову сразу, чтобы у вас не было никаких иллюзий. Один миллион рублей. Не так уж и много. Вам вполне по силам найти такую сумму. В крайнем случае кредит возьмете.

– То есть вы банальная шантажистка, – спокойно сказал Таганцев. – И вы так открыто в этом признаетесь, зная, что я полицейский. Не боитесь?

– А чего мне бояться? – искренне удивилась мерзавка. – Я в своем праве. Заявление в суд я действительно вчера подала. И на суде сыграю самое праведное раскаяние, на которое буду способна.

Поверьте, я неплохая актриса. Жизнь научила притворяться, чтобы люди поверили. Так что Настю отдадут мне, а не вам. Вы же этого не хотите? Вам же приглянулся именно мой ребенок? Значит, придется раскошелиться. Вы можете попытаться мне отомстить, конечно, устроить кучу проблем, но вашу проблему это никак не решит. Настю вы не получите. Так что деньги – единственный способ.

Натка и Таганцев молчали, хотя каждому из них больше всего на свете хотелось вцепиться в лицо стерве, торгующей собственным ребенком.

Перед ними стояло абсолютное концентрированное Зло, но сделать с ним ничего было нельзя. По крайней мере сейчас.

– Подумайте, и вы обязательно поймете, что у вас нет другого выхода, кроме как согласиться. Но для того, чтобы это осознать, нужно время. Я понимаю. Поэтому, когда будете готовы, позвоните по этому телефону.

Она протянула листочек бумаги, на котором были нацарапаны одиннадцать цифр.