Дочки-матери

Признаться, при последнем разговоре мы наговорили друг другу много обидных и резких слов, так что вернуться к прежним отношениям было уже совершенно точно невозможно. Как говорит в таких случаях Сашкин Фома, «фарш невозможно провернуть назад». Кроме того, даже в самый разгар наших отношений Никита практически никогда не дарил мне цветов. Я от силы пару раз могла вспомнить, когда он приходил с букетом, и Сашка это прекрасно знала, просто разводила меня на откровенность, хитрюга.

– Нет, с Никитой я не помирилась, – покачала головой я, решив не поддаваться на провокацию.

– Его машину так и не нашли? – Сашка милостиво сменила тему.

– Нет пока, – покачала головой я. – Но он не теряет надежды.

Пока я ехала на работу, в сумке зазвонил телефон. Обычно именно в это время появлялся Миронов, тоже ехавший в офис. Полчаса по громкой связи уже вошли в привычку и повышали настроение.

– Да, Виталик, – сказала я, нажав кнопку на руле и даже не бросив взгляд на панель.

В трубке воцарилось молчание, которое вполне можно было счесть проявлением замешательства, а потом послышался голоc Говорова.

– Не знаю, кого ты ожидала услышать, но это всего лишь я.

Так, не к добру Сашка сегодня вспомнила Никиту за завтраком. Ой не к добру.

– Извини, не посмотрела, кто звонит. Доброе утро, – сказала я, слегка оправившись от изумления. – У тебя какое-то дело?

– Нет, никаких дел, – отозвался он.

– Нормально дела. Я работаю, Сашка поступила в институт, Натка вышла замуж и занимается процедурой удочерения ребенка из детского дома. Правда, я не уверена, что тебе все эти новости интересны.

– Лена, ну я же тебе не враг.

– И не друг, и не враг, а так, – согласилась я.

– Может, сходим куда-нибудь?

В разговор стали вклиниваться гудки. Кто-то звонил по второй линии. Виталий. Мне вдруг стало очень жалко времени, которое я трачу на Говорова вместо того, чтобы получить ставшую привычной утреннюю порцию хорошего настроения.

– Никит, у меня правда очень много работы, да и семейных дел полно. Так что давай, пока, встретимся в суде.

Не дожидаясь ответа, я отключилась и тут же нажала на кнопку, переключаясь на вторую линию.

– Лена, доброе утро, – услышала я жизнерадостный голос Миронова.

Этот человек постоянно излучал оптимизм, такая у него была особенность.