Днк, или Верни моего ребёнка!

О чём он вообще говорит?!

Какой пинок? Что я сделала?

Какие деньги?

— Я… не понимаю вас… — произнесла с удивлением.

Он зло рассмеялся.

— Не надо притворяться, Света. А знаешь, я даже восхищаюсь твоим острым умом и стратегией. Это же надо было придумать имитацию взрывчатки и подложить её под мой автомобиль! Тонко и ловко. Только я никак не могу понять, как ты это провернула. Кого-то наняла? Но уж точно не своими руками ты это сотворила. Кого-то в моём доме настроила против меня?

Я была в шоке от его обвинений.

— Молчишь? — усмехнулся он.

А у меня язык словно к нёбу прирос.

Северский покивал головой и уже тише произнёс:

— Но постановка вышла отличная. У тебя явный талант, Света. Отличный злой розыгрыш вышел.

Пока он говорил, я от его слов и предположений впала в ступор, но потом взяла себя в руки, вскочила с кресла и воскликнула:

— Да вы в своём уме?! Что вы себе позволяете?! Какая взрывчатка?! Какая постановка и какой злой розыгрыш?! Я вообще не понимаю, о чём идёт речь! Но самое отвратительное, что вы обвиняете меня в этом кошмаре!

Я смотрела на Северского с вызовом и негодованием.

— Скажи мне правду, Света, — произнёс он ледяным тоном.

Нервно сглотнула и ответила:

— Мне не в чем признаваться. Я ничего не делала.

Внешне я выглядела спокойной и уверенной, но сказать по правде, я была здорово напугана, а когда он поднялся с кресла и приблизился ко мне вплотную, это ещё больше усилило мой страх. Его неистовый и грозный взгляд мог прожечь насквозь и стальную стену.

И чтобы не поддаться окончательно своему страху, я пошла в наступление. Вздёрнула подбородок и заговорила твёрдым и уверенным тоном.

— Дмитрий Мстиславович, я ни в чём не виновата. И это моя правда. Никаких взрывчаток я вам не подкладывала и никого для этого не нанимала! И вместо своих обвинений, вы бы лучше объяснили и рассказали, что произошло!

— Значит, не сознаешься, — проговорил он со злостью.

— Вы рехнулись, — процедила я. — Я не делала ничего. Но раз вам подложили муляжную взрывчатку, значит, дело плохо. И меня теперь, этот факт сильно беспокоит. Вы правы, случись, что с вами и мой сын сразу останется без защиты.