Девушка с голодными глазами

Примитивный способ латания выжженных депрессией дыр – три глазированных сырка со вкусом пирожного «Картошка» плюс пакет маковых сушек плюс большая шоколадка с изюмом и дроблеными орехами."

"Меня можно было оправдать – много стрессов. Развод – это сплошная нервотрепка. Даже если он происходит по взаимному согласию. Даже если ты считаешь дни до момента, когда двое подвыпивших работяг в синих рабочих комбинезонах будут выносить из его квартиры тюки с твоими вещами. Даже если бывший муж надоел тебе хуже рекламы «Тайда».

Сказать – я развелась – легко. На самом деле эта эпопея длилась почти полгода. Мне звонили его родственники. Его мамаша, которая вообще в России не жила, бросила семью ради какого-то техасского магната и была такова, назвала меня пираньей. Шапочная Знакомая, когда-то нас друг другу представившая, приходила, чтобы проследить за упаковкой моих вещей – а вдруг чего лишнего прихвачу? Даже безупречный Громович – и тот пару раз умудрился напиться, а что взять с меня, бесхарактерной?

Я нашла успокоение в баночке с вареной сгущенкой.

Я не замечала, как постепенно контуры моего тела теряют былую четкость.

Кроме того, я никогда не была поклонницей эксгибиционизма – мои любимые джинсы имели мешковатый силуэт, из-под них никогда не выглядывали ниточки ярких стрингов (эта мода всегда казалась мне апофеозом пошлости), у моих платьев были неизменно пышные юбки, мои футболки не обнажали живот.

В общем, сама того не заметив, я умудрилась превратиться в создание, которому нечего делать на московской любовной шахматной доске.

Я назначила свидание бывшему любовнику, Олежке.

Циник и выпивоха из артистических кругов, он презирал кокетливое отрицание физических недостатков и мог шутя швырнуть вам в лицо ваш же затаенный комплекс. Однажды он довел мою приятельницу Аллу сначала до истерики, а потом и до кабинета пластического хирурга, сказав, что из-за огромного носа она похожа на Мумий Тролля.