Дело беглеца

Он член партии СЕПГ, много лет на руководящих должностях, предан душой делу построения социализма – и это не просто дежурные слова. Еще семнадцатилетним мальчишкой он провел неделю в застенках гестапо, чудом выжил, и теперь человека надежнее герра Лунке я просто не знаю. В Западный Берлин идем послезавтра утром. Не удивляйтесь, я тоже участвую в операции. Кроме нас с вами, границу пересекут Отто Вайсман и Уве Хогарт. Вайсману придется изменить внешность – впрочем, это не проблема. Страховать и держаться на расстоянии будут Клаус Майнер – вы его уже видели – и еще один наш сотрудник – Вилли Брандт.

– Надеюсь, однофамилец? – усмехнулся Кольцов. Видный политический деятель Вилли Брандт с 69-го по 74-й год являлся федеральным канцлером ФРГ и до сих пор возглавлял социал-демократическую партию Германии.

– Для Вилли это пожизненное проклятье, – ухмыльнулась Марта. – Можете представить, сколько шуток и колкостей перепало на его долю. Клаус и Вилли перейдут границу через несколько минут после нас, в их задачу входит обеспечение безопасности.

– Не много ли людей? – засомневался Кольцов.

– Нет, – качнула головой Марта. – Обычная ситуация – двое идут, двое страхуют. Вы и Вайсман – фигуры дополнительные, форс-мажорные, так сказать, давайте без обид, Микаэль. Если возникнет ЧП, лишние люди не повредят. Процедура отработанная.

– Вайсман не переметнется в трудную минуту? Он не похож на человека с непоколебимой решимостью.

– Не думаю, – Марта усмехнулась. – Нам известно, где проживают его бывшая жена с ребенком, а также пожилой отец в ФРГ и дальняя родня в нашем Штральзунде.

– А теперь самое главное, Марта. Каким образом вся наша когорта попадет в Западный Берлин? Граница на замке, нет? Не забываем, что неплохо бы и вернуться.

– Увы, Микаэль, ничего такого, что захватило бы дух. Есть ряд способов, и все они относительно безопасные. В Западный Берлин попасть труднее, чем… наоборот, но только для реальных перебежчиков. Для спецслужб задача решаемая. Когда разделили город на две примерно равные части, в западном секторе осталась большая часть линий метро, зато городские электрички остались за железной дорогой ГДР.