Дело беглеца

Задача-минимум – осесть на явочной квартире Штази. Это многоквартирный дом на улице Рупенталь в районе Тиргартен, владелец, дай бог памяти… – Дементьев задумался. – Память подводит, Михаил Андреевич. Известный композитор на букву «Ш».

– Шопен, Шуберт, Шуман, – забормотал Кольцов.

– Нет, – Дементьев поморщился, растерянно улыбнулся, – надо же, конфуз…

– Штраус, Шнитке, Шостакович…

– Все, достаточно, – Дементьев рассмеялся. – Штраус. Герберт Штраус. Говоря по-нашему, квартиросъемщик – секретный сотрудник Штази. Пойдете завтра утром, но не рано.

– Да, безобидный променад, – согласился Кольцов. – Пройдемся, изучим достопримечательности, себя покажем… Рождается резонный вопрос, Олег Михайлович: на чем полетим через стену? Дельтаплан, катапульта, моторчик, как у Карлсона?

– Местные товарищи все расскажут и покажут. – Дементьев спрятал улыбку. – Ничего экстравагантного, даже скучно. Будет пропуск. Но он действует только на переходе, на территории анклава – вещица бессмысленная. Повторяю, не буду забегать вперед.

"В глухой комнатушке, где находилась защищенная линия связи, почти не работала вентиляция. Паровое отопление тоже отсутствовало, духота дополнялась прохладой. Словно намекали: говори, но не заговаривайся. Связь была идеальной, эфир не трещал. Такое ощущение, что полковник Рылеев находился в соседней комнате.

– Вопрос решен, майор, и, увы, не в твою пользу, – настроение у Рылеева в этот день было какое-то ироничное. – Поплавский и Робинсон действительно отходят на второй план, в приоритете – Эберхарт. Твоя задача – встретиться и склонить его к сотрудничеству, если он в чем-то сомневается. Сойдет и шантаж, но это на крайний случай. Мы люди любезные и участливые. Если человек хочет денег, он их получит. Работай со Штази – эти люди знают, как попасть на место.