Дело беглеца

Поплавскому сорок три или сорок четыре года, выпускник МГУ, блестящий специалист в области проектирования и конструирования. Один из ведущих специалистов, входит в группу разработчиков комплекса. Сказать по правде… – Денисов замялся и со вздохом решил продолжить (сдавать так сдавать), – он не один в омском КБ работает на Робинсона, там целая группа… товарищей. Я их не знаю, это правда. Эти люди… или человек – креатура Поплавского, и своих помощников он держит в секрете.

– У Поплавского есть семья?

– Да… У него хорошая квартира в центре города, жена… Есть дочь, уже взрослая, учится, если не ошибаюсь, в Новосибирском институте легкой промышленности.

– Чем конкретно занимался Поплавский по проекту?

– Это целый спектр направлений… – Денисов задумался. – Во-первых, сами снаряды для огнеметной системы. В головной части могут находиться два наполнителя: с зажигательным или термобарическим составом. Химией он не занимается, но доступ к этой информации имеет. Кроме боеприпаса, в неуправляемых снарядах находятся взрыватели и твердотопливный ракетный двигатель.

«В размере четырнадцати рублей», – мысленно закончил Кольцов. Оправдывать шпионов – не его удел, но зарплата, получаемая разработчиками, и мощь оружия, которое они создавали, – явления несовместимые.

– Кроме того, Алексей Львович проектировал пакет направляющих для снарядов, лично контролировал на местном производстве установку боевой части на шасси, оснащал машину гироскопами, целеуказателями, участвовал в первых испытаниях установки на одном из полигонов области.

– Хорошо, я понял вас, Олег Витальевич. Когда вы в последний раз связывались с Поплавским?

– В сентябре. Это был официальный контакт.