Дай мне уйти

Миша изменил мне, переспал с потаскухой из клуба, и совершенно не чувствует себя виноватым, так что теперь я женщина свободная и могу делать все, что пожелаю, – пытаюсь убедить себя, что права в своем поведении и оно, учитывая все обстоятельства и свалившийся на голову адюльтер, является нормальным. В то же время дико неприятно, что Михаил сомневается в моем благоразумии и преданности, абсолютно серьезно полагает, что Костя для меня что-то значит.

Мне плевать на Константина, и я всегда была равнодушна к попыткам мужчины меня завоевать.

История нашего с ним знакомства давняя, неизменно одно – его желание сделать своей женщиной. Однако я никогда не рассматривала для себя подобный вариант, потому что в душе, сердце и мыслях жил только Михаил."

"– Пристегнись, – командует муж, усаживаясь рядом, и приводя машину в движение.

– А тебе то что? Беспокоишься?

– Кристина, я понимаю, что ты выпила шампусика и чувствуешь себя бессмертной и отважной, но безопасность никто не отменял, – отвечает серьезным тоном.

 – Мне небезразличны твоя жизнь и здоровье.

– Странно. Все еще волнует мое благополучие? Думаю, что в голове у тебя отныне только Оксана и ее танцульки, – продолжаю язвить.

– Не неси чушь, мне плевать на нее. Она просто одноразовая женщина для утех.

– Утешался ты не раз, так понимаю, так что вряд ли одноразовая – чувствую, как скручивает в районе солнечного сплетения.

Перед глазами, помимо моей воли, возникают образы мужа и его любовницы, занимающихся сексом: его мужественные и крепкие руки ласкают ее, он шепчет ей приятные слова, стонет от наслаждения и совершенно не думает обо мне.

Мише все равно, где я и что чувствую. Есть только он и удовольствие от их связи.

Осознавал ли он, что творит?

Конечно же. Не на поводке ведь тянули, раздевали и заставляли трахать эту девку. Все сам и по обоюдному согласию и желанию. Не раз. И даже не десять.

Сердце начинает ныть.

– Считаю, что обсуждать Оксану – не самое разумное решение. Лучше поговорим о нас.

– Нас больше нет, Миша.

Отношения завершены. Ты же хотел, чтобы годовщина была особенной, и, поверь мне, у тебя это получилось. Пятилетие стало незабываемым, я запомню его навсегда, – говорю, ощущая, как перехватывает дыхание.

Господи, только не плакать.

– Крис, пойми, Оксана ничего для меня не значит, просто… закрутилось, завертелось. Черт возьми, я не знаю, зачем с ней связался. Наверное, из-за обиды, внутреннего раздрая, – замолкает. Ощущение, что молчание длится вечность.