Чужая земля

Ёжечки-божечки… Я еще даже заселиться не успела, а уже вижу впереди такую кучу дел, что не знаю, за что хвататься!

думаю, нужно начать с самого начала – затребовать себе план дворца, посадить рядом Имхотепа и спокойно, не торопясь, обсудить, где и как мне безопаснее жить, выяснить, кто занимался при фараоне обеспечением дворца и обсудить с человеком, что еще нужно на зимний сезон, найти казначея и узнать, что и как у нас со сбором налогов, сколько и с кого собирают…

Покои царевны поразили меня какой-то излишней роскошью.

Давили на глаза бесчисленные росписи стен, узоры и резьба на всем, на чем только можно, личный бассейн с голубоватой водой выложен цветной мозаикой, целая анфилада комнат для одной маленькой девушки. Нет, столько мне не нужно совершенно…

А сейчас нужно устроить Басю и дать ей возможность ознакомиться с новым местом. Не хочу, чтобы она нервничала.

Глава 28

Следующие две недели осталась у меня в памяти смутной чередой новых лиц, бесконечных разговоров и осмотров. Осмотров всего, чего только можно… Царской казны и царских хранилищ, новых людей, которых требовалось назначить на должности и немедленно! Я никого из них не знала и улыбалась, как болванчик, стараясь не выдать отсутствие памяти. И все решения откладывала на потом…

Не знаю, права ли я была, но достаточно скоро меня «взорвало».

Я не успевала ничего, меня постоянно дергали с утра до вечера и массу времени занимали приветственные бросания ниц, специфические речи, положенные при встрече с фараоном, которые теперь обращали напрямую ко мне. У меня уже в ушах звенело от бесконечных:

– … и да будет Великий Ра милостив ко всем твоим начинаниям, о всемогущий сын света…

Да-да, именно так – сын света. То, что при этом я девушка – никого не смущало.

А времени на эти экивоки уходило чуть ли не пятьдесят процентов от светового дня!

Утром, на седьмой или десятый день от воцарения в покоях Инеткаус я отказалась вставать.

Дни я давным-давно спутала, свита из девушек, дочерей самых достойных семейств, сливалась в моих глазах в одно сплошное, без конца славословящее пятно, я даже лиц их почти не различала.