Чужая земля

Человек, сумевший провести успешную операцию в эти достаточно дикие времена – воистину – велик!

А еще я все не могла собраться с духом и навестить школу медиков. Не знала, кого следует послать проверить небольшую архитектурную мастерскую. Вообще не слишком понимала, чем они там занимаются. Имхотеп, вроде как, давал им полную волю. А я в архитектуре понимаю еще меньше, чем в анатомии, например.

Ладно, пусть пройдет еще немного времени. Сейчас мне слишком больно даже думать об этом.

Хасем, который раньше относился к дельтапланам скорее, как к игрушке, занимался теперь почти ежедневно.

– Царица, я не смогу требовать от солдат, чтобы они не боялись, если не сумею взлететь сам.

Кроме того, мастерскую по производству расширили – машин требовалось больше. Хасем решил, что соберет сотню или  даже две, воинов и отучит кочевников нападать на приграничные села.

Но я попросила его попробовать сперва решить дело миром.

– Не нападай сразу, Хасем. Найди с воздуха два-три самых больших племени, попробуй договорится об охране границ и торговле.

Мы сможем продавать им муку и ковры. Возможно, они найдут, что предложить нам взамен.  Если нет – предложи им за службу – учебу. У них есть верблюды, есть шерсть. Мы возьмем их женщин, которых они выберут сами. Могут даже приставить к ним охрану. Мы будем учить женщин делать ковры и плести циновки. Мы будем учить их лекарей медицине. Постарайся понять, нам самим это будет значительно выгоднее, чем война. Обязательно возьми с собой на переговоры Одета – он знатный спорщик и умеет находить неожиданные доводы. Возьми и Хремета – он мудр и сможет дать дельный совет. Не дави на них, не показывай силу. Постарайся именно договориться, а не принудить их.

Дни я старалась проводить как можно спокойнее. Не убивалась больше на работе, посидев час-полтора – шла гулять в сопровождении Амины и Хати. Как-то внезапно я поняла, что Египет многие столетия, возможно – даже тысячелетия жил без моих прекрасных законов. И еще год или два не так и важны.

Это просто песчинка на весах вечности. Так что торопится я перестала – когда сделаю, тогда и сделаю.

Живот уже несколько округлился и проснулась я когда уже светало от странного ощущения. Прижала руку к натянутой коже – малыш толкался! Почему-то у меня на глазах навернулись слезу – так это было замечательно! Это уже не абстрактные клеточки, которые поспешно делятся, в связи с требовательной внутренней программой. Это уже маленькое существо, со своим сердечком.