Чужая земля

Неужели ты не помнишь? Отец несколько раз привозил тебя сюда. Здесь и для тебя, по велению отца твоего, приготовлены покои.

– Ты хочешь сказать, Имхотеп, что мы находимся в нижней части пирамиды?

– Да, царевна. Это твоя будущая усыпальница.

И он торжественно обвёл рукой стены помещения.

Ёжечки-божечки, ужас какой! При мысли о том, что надо мной сейчас миллионы тонн камня, у меня мороз пошёл по коже. Баська, прекрасно чувствующая моё настроение, начала «подкапывать» мою руку под локтем, желая прижаться. Она всегда так делала, когда понимала, что я нервничаю.

– Имхотеп, если нас здесь замуруют, как мы выйдем?!

Имхотеп со страхом поглядывал на трущуюся об меня Баську.

– Имхотеп! Отвечай!

Он с трудом отвёл от неё глаза и, тяжело вдохнув, ответил:

– Я найду нам выход, царевна. Не это важно.

– А что важно?

– У нас нет пищи и пива. Твои воины скоро начнут умирать. Войска Джибейда гнали нас сюда, как крокодилы гонят антилопу. Войти они не могут – несколько десятков его воинов погибло в ловушках, они боятся гнева богов и больше не полезут.

– Мои воины?!

– Да, твой меч ранен…

– Мой… Кто?!

– Начальник твоей охраны, верный Сефу. /Имя Сефу я автоматически перевела, как меч/. Он заслонил тебя своим телом от второго удара копьём. И воины пьют слишком мало, чтобы выжить. А выйти на поверхность мы не можем – пирамида оцеёплена войсками Джибейда.

Ну, зашибись просто… Я даже не знала, плакать мне или смеяться. Умереть, сгореть в своём мире для того, чтобы тут сдохнуть от нехватки воды?! Что-то здесь не вяжется. Смысла воскрешать меня тогда совсем никакого. Значит, я обязательно должна выжить. Но мне нужно немного подумать. Собрать остатки знаний и сил и что-то решать.

– Благодарю тебя за службу, Имхотеп.

В голове у меня с трудом ворочался горячий свинцовый шар, стучал в виски и отдавал болью в затылок. Я легла в своей нише, подтянув урчащую Басю поближе. Мне срочно нужно подумать над всем этим.

Давай уж, царевна, разложим мысли по полочкам и сообразим, как вывернуться отсюда. И не просто вывернуться, а вывести живыми всех. Сложно сказать, что это, но я чётко понимала – я не брошу людей, рисковавших за меня жизнью.