Бывший папа. Любовь не лечится

Воцарившуюся тишину нарушает невнятное детское гуление, которое мгновенно разряжает тяжелую атмосферу и волшебным образом действует на всех нас. Надя сбрасывает с себя оцепенение, нежно улыбается малышу, гладит его по животику.

– Задержали на месте, так как он просто не в состоянии был уехать. Отключился за рулем. Сейчас его таскают по судам, – совладав с собой, произносит спокойно и без срывов в голосе. – Пытаются оправдать, – роняет с горькой усмешкой.

– В машине был сынок какой-то важной шишки из органов власти, так что он вряд ли понесет наказание.

– Обойдемся без его денег, мам. Пусть суд решит, – упрямо осекает ее Надя. – Из-за него Назарка чуть не пострадал! Если бы я не успела… – запинается, не в силах озвучить свои страхи.

Ее жгучие эмоции проникают в самую душу, и я чувствую себя так, словно был там вместе с ней. На остановке. Под дождем. С детской коляской, внутри которой смысл всей жизни. За мгновение до столкновения…

Черт!

Че-ерт.. Зачем отпустил ее год назад? Почему не настоял вернуться? Не выяснил, как она…

Слабак! Сдался. А ведь если бы мы остались вместе, возможно, всего этого не произошло бы. Моя жена не пострадала бы, а ребенок не скучал бы по матери. Я бы не допустил.

Не повернуть время вспять.

– Ты правильно поступила, – поддерживаю Надю, слегка коснувшись острого плечика, и тут же прячу руку в карман халата."

"Встречаю ее благодарный небесный взгляд. Тепло усмехаюсь: раньше мы всегда поддерживали друг друга. Это было несложно, ведь у нас были одинаковые убеждения и идеалы, схожие взгляды на жизнь. Мы оба честные, принципиальные и неподкупные, поэтому и сошлись. Но все рухнуло в одночасье, и я до сих пор не понимаю, почему мы не сумели пережить трагедию вместе.

– Спасибо, – подтаивает Надя.

– Этому уроду не место на дороге. Я постараюсь выяснить, какие у него связи, и со своей стороны повлиять на правосудие. За руль он точно больше не сядет и обязательно ответит за все перед законом, – чеканю убедительно, стараясь сохранять хладнокровие, однако ладонь невольно превращается в кулак.