Бывшие. После измены

Не знаю зачем я несколько дней подряд пекла имбирное печенье, хотя меня от него жутко мутило, но сам аромат специй успокаивал. Матвей стянул с меня пальто и убрал в шкаф. Я, скинув сапожки, побежала в ванну и помыла руки. Уже на выходе крикнула:

— Звонила твоя сестра, — отношения с родственниками мужа у меня не наладились, поэтому единственным мостиком была золовка, которая сильно переживала из-за матери. — Они в новогодние праздники будут в Брно. Предлагали встретиться. Мама твоя тоже с ними прилетит.

Матвей что-то уронил в кабинете, и я повесив полотенце прошла к мужу.

— Уль, — Матвей посмотрел на меня, и в глазах его поднялась тьма. — Мы кажется с тобой все обсудили. Я не хочу общаться с людьми, которые не уважают мой выбор. Я их люблю. Я от них не отказываюсь. Я им помогаю. Но общаться, натянуто сидеть скалиться на ужине, куда они придут, чтобы только очередной раз высказать претензии, я не собираюсь.

— Хорошо, — податливо согласилась я.

Я быстро всегда меняла тему и сейчас тоже это сделала, чтобы не нервировать Матвея. Почему-то сейчас мне было важно, чтобы муж был максимально спокойным, потому что его дом там где я. А я не хочу ассоциироваться у него с нервами.

После ужина и когда Матвей освободился от работы, я решила что мне нужно поговорить.

На моей коже таял крем с ароматом мёда, волосы пахли цветами после дождя, а Матвей как раз вышел из душа и на его накачанном прессе ещё блестели капельки воды.

Я встала на носочки. Дотронулась губами влажной после душа щетины. Потерлась о неё как кошка и замерев губами на губах мужа выдохнула:"

"— Родной, а у меня задержка.

Эпилог

— Твой сын малолетний десантник, — сказала я, пройдя в прихожую и стянув с шеи пропитанный снегом шарф. Трехлетний Саша прямо в ботинках пробежал к Матвею и с визгами и криками вцепился в отцовские руки. Матвей поднял сына над головой и закружил приговаривая:

— Так их, мелких врагов! Мы их всех штурмом возьмём! Мы всех победим!

— Да! — закричал сын и дрыгнул ногами.