Бросок кобры

– Так я пойду? – уныло произнес Артем.

– Иди, что для меня будет, звони.

– До свидания.

– Пока. – Гуров неторопливо двинулся со стоянки, выехал на Бульварное кольцо и покатил в сторону набережной. Подмывало провериться, выяснить, ведется за ним наблюдение или нет. Но сыщик соблазну не поддался, ехал общим потоком и вскоре остановил машину у министерства.

Орлов выслушал доклад Гурова, прочитал записку Артема, тяжело вздохнул и закрыл глаза. Крячко, который сначала сопровождал Гурова, затем переключился на Артема, тоже вернулся с небольшим уловом.

– Считаю, что вас наблюдали, но голову на плаху не положу. Если работали, то профессионалы, я держался в отдалении. Конечно, этот майор фигура очень интересная, но, знаешь, кто он может статься? Он из прежнего ГРУ. Как оно теперь называется?

– Как называется, неважно, однако разведке в деле нечего делать, – ответил Гуров.

– Глупости, Станислав, сыщик ты хороший, а политик и интриган никакой, – Орлов открыл глаза. – Не рискнет разведка держать человека в ближайшем окружении генерала Коржанова, слишком рискованно, да и бесперспективно.

– Артем пишет, что на дачу вместе со Жданом дважды приезжал Яшин, – начал рассуждать Гуров. – Любовник Вероники Николаевны Ждан – это еще не причина для подобных визитов. Он же присутствовал на инструктаже молодчиков...

– И летал в августе на три дня на Кипр, – вставил Крячко.

– Тысячи русских отдыхают на Кипре, – буркнул Орлов.

– Три дня с девушкой? – неуверенно сказал Станислав.

– Какая разница, кто платил? – рассердился Орлов. – Не занимайте головы никчемными вопросами. Интерпол сообщил, что в Россию прибыл террорист. Мы нащупали пропавшего без вести человека, который служил в Афганистане взрывником. Установили, что у авторитета Лёнчика в юности был друг, который уехал в Афганистан и пропал без вести.

"– Будем исходить из того, что разыскиваемый нами человек Данин Вадим Леонидович, пятьдесят пятого года рождения, по кличке Кобра, – сказал Гуров. – Фотографии, которыми мы располагаем, никуда не годятся, их можно использовать только для идентификации, но никак не для розыска. Что у нас действительно имеется, так его пальцевые отпечатки, дактокарта судимого.