Больно не будет

Может быть, мы просто мало общались, и так вышло, что я видела его во время отпуска неунывающим и беззаботным? Тогда его приподнятое настроение заряжало всех вокруг, его не смущали ни больничные стены, ни шина на зубах.

Сейчас же он чаще в себе. Уверяет, что все нормально, обычно, в режиме. Куча работы, устал. Он и правда много работает, мне бы хотелось видеть его чаще.

Я не слышала от него ни одного грубого слова, он сам приезжает, заметно, что хочет проводить со мной время, да и секс потрясающий и частый. Если бы что-то было не так, я бы обязательно заметила, но… залом между его бровей углубился и стал резче.

Ярослав забирает меня после работы, мы направляемся сначала к нему домой за кое-какими вещами, потом снова поедем ко мне. Он вроде в неплохом настроении, ничего не предвещает беды, пока не разъезжаются двери лифта и мы не выходим на лестничную площадку.

На этаже пять квартир, и рядом с дверью в одну из них стоит пакет мусора.

— Открывай, я сейчас.

— Эй, да ладно. Забей, — предлагаю не портить нервы, но он отмахивается.

Нажимает на кнопку звонка несколько раз подряд. В глубине души я надеюсь, что никого нет дома, но замок щелкает, соседская дверь открывается, на пороге парень лет двадцати-двадцати пяти.

— Добрый день. Мусор нужно выбросить, — говорит Ярослав.

— Пойду на улицу и выброшу, — не без дерзости отвечает сосед.

— Сейчас нужно выбросить, — давит Яр. — Что, блть, за свинарник ты тут устроил?

— А что, какие-то проблемы? — нарывается тот. Я начинаю беспокоиться, как бы они не поссорились.

— Ты здоровый мужик, руки-ноги на месте, нет причин, по которым стоит устраивать свалку там, где живешь. А главное — где живу я. Сейчас же пошел и выбросил. Сегодня я предупреждаю устно, в следующий раз пакет залетит в квартиру, — голос Яра спокоен, но он нарывается, это заметно даже мне.

Яр повышает голос. Я боюсь встревать в спор двух мужчин, но понимаю, что нужно срочно разрядить обстановку. В этот момент, к счастью, звонит мобильный, Ярослав бегло смотрит на экран телефона, оставляет за собой последнее слово и заходит, наконец, в свою квартиру.

— Да, мам? — принимает вызов, разуваясь. Слушает и слегка улыбается.