Безопасник

 – Извините, что помешал и задержал вашу встречу. Но мне надо было получить подтверждение. Ника, удачи тебе. Если что – звони.

Последняя фраза была явно лишней, потому что глаза Егора опасно блеснули, а губы сжались плотнее.

Пока Андрей покидал квартиру, они молчали.

Тоска, что мучила её эти дни, материализовалась не в ту область.

Вот он – Егор. Стоит рядом, их разделяет всего пара шагов. Ещё десять минут назад она представляла, как подойдет к нему, как почувствует на себе его руки, как он сильно сожмет её в крепких объятиях.

Как она, осторожно пряча лицо у него на груди, втянет в себя его личный запах, приправленный дорогим парфюмом, позволит ему вскружить голову и появиться слабости в коленах. Это будет восхитительно, будоражаще, возбуждающе.

Сейчас же всё воспринималось иначе…

Прическа, платье, макияж, белье.

– Златовласка.

Черты лица Егора не сгладились. Он по-прежнему был сдержан.

Ника ещё сильнее задрожала.

Господи, какая она дура…

Глупая, наивная дура.

Возомнила себя героиней любовного романа, в котором всегда история мужчины и женщины заканчивается хэппи-эндом.

Не её случай.

Она облизнула враз пересохшие губы и глухо сказала:

– Егор, я бы хотела, чтобы ты тоже ушел.

Мужчина приглушенно выругался и сделал шаг в её сторону, а после прозвучало безапелляционное:

– Нет.

У Ники дрогнули колени.

Всё-таки она отвыкла от такого вот Егора – сердитого, со сдерживаемой агрессией. И одно дело, когда он сердит на кого-то третьего, и совсем другое – на неё.

Она понимала – у него есть причины.

Он тоже планировал другую встречу. А тут, мало того, что застал в её квартире бывшего, так ещё она его и выгоняет.

Но по-другому Ника не могла.

Ей надо побыть в одиночестве.

Подумать…

– Егор.

Ника сделала шаг назад, потому что Беркут медленно начал на неё наседать.

– Ника, не дури."

"Его слова обжигали. В прямом смысле. Ника начала задыхаться, даже поднесла руку к горлу.

Как-то странно всё выходило…

Точно во сне.

Ника снова мотнула головой.

И пожалела, что сейчас они находятся в замкнутом пространстве.

Потому что ей захотелось убежать. Скрыться. Откуда взялось это чувство, откуда прорастали истоки – она не знала. Просто так чувствовала.

– Златовласка, вот ты сейчас что творишь?

От тихого голоса Беркутова ещё сильнее бросало в дрожь. Сейчас, как никогда, он ей напоминал того властного мужчину, с которым ей довелось столкнуться в «Берлоге». Который привык брать, и которому было абсолютно наплевать, кто что чувствует.