Беременность на годовщину развода

— Я и сам хочу раньше вырваться.

— Не хочу, чтобы ты считал…

Но Кононов прерывает поток моего откровения еще одним поцелуем. Язык мужчины плотно сминает мой, пытаюсь противостоять, но мы только глубже погружаемся друг в друга. В трусиках теплеет, бьет пульс. Хорошенькое начало дня! И как теперь дожить до вечера? Запускаю руку в жесткие волосы мужчины, прихватываю их пальцами. Семен хрипит, меня уже бросило в жар. Даже грудь отреагировала. Она уже хочет в декрет и желательно запереться на недельку с мужем.

— Я тоже не хочу ничего считать, — передразнивает меня мужчина, когда мы, наконец, отлипаем друг от друга, — если получится, я заеду.

— Обязательно, — шепчу ему и напоследок и целую в уголок плоских губ.

В здание канала не вхожу, а просто влетаю. И это даже не эйфория от свежих чувств к бывшему(?) супругу. Хоть новые искры между нами несомненно летают. Нет, сейчас я просто ощущаю себя предельно сильной и уверенной в себе. Ведь со мной рядом человек, готовый принять меня такой, какая я есть и поддержать.

К слову о пираньях, встреча с одной настигает меня уже через секунду. Впрочем, нет, эта рыбка помельче будет. От нее больше вони, чем реальной опасности. Я толком не видела Рыбникова все эти дни. И вот мы сталкиваемся нос к носу у дверей кабинета пиарщиков. Как символично.

Глава 17

Собираюсь просто пройти мимо, но Димасик преграждает мне путь.

— София, как ты?

Вот наглец!

— Твоими молитвами, Дима.

Но Рыбников дотрагивается до моего локтя. Правда, тут же одергивает руку.

— Соня, прости, что так вышло! Я не знал, как себя вести. Мне подсказали… — он вдруг осекается.

Кого имеет в виду это чмо? Хотя я в курсе, он постоянно пользуется услугами спецов по пиару в сетях и СМИ. Хочет пробиться на верхушку, но так и барахтается в средних водах. Бьюсь об заклад, едва сдуются его мускулы, ко дну пойдет и он сам.

— Рыбников, тебе пять лет? Хотя я провела выходные в компании детей, и знаешь, они неплохо соображают.

— Соня, я не думал, что ты воспримешь…

— Я не Соня! — так, выдыхаю. — И не надо косить под дурочка. Я в курсе, почему ты изменил версию для публики.

Глаза Рыбникова вдруг загораются."

"— Об этом я и хотел поговорить. Давай помиримся, Софа! Сделаем ряд фотографий, отпишемся в постах. Мол, то были эмоции, но сейчас все отлично — мы дружим.