Расческа для Лысого

Да, сука, мокрые! И уже давно! И это стыдно, дико стыдно. Но, когда он нажимает жестко и грубо прямо через белье на клитор, я непроизвольно начинаю дрожать и выгибаюсь, подставляясь под его пальцы. И это тоже стыдно и дико, но поделать с собой я ничего не могу. Пока он так трогает меня, пока смотрит своим темным внимательным взглядом, фиксируя каждое самое маленькое изменение на моем лице… Черт, сама я этого не прекращу. Ни за что."

"– Ну что, стервочка маленькая, получила, чего хотела? – бормочет он, все сильнее и активнее двигая пальцами по промежности, так, что я тяжело, с присвистом, дышу и начинаю подскакивать от нетерпения.

Мне мало того, что он делает. Я хочу больше. Я хочу его в себе. Прямо сейчас. Вот сейчас же!

Я не отвечаю на его слова, только держусь за крепкую шею, вонзая ногти в кожу, чтоб не вздумал тормозить. И тянусь к ремню на джинсах, потому что сил терпеть больше нет. Но он не пускает, перехватывает мою руку, кладет просто сверху на ширинку и заставляет сжать член прямо через джинсы.

– Сучка ты дерзкая. О чем думала вообще, с этим ментом, овечка, бл*?

Он все сильнее и ритмичнее нажимает на клитор, заставляя уже практически забиться в конвульсиях оргазма, еще чуть-чуть, еще немного, ну немного же…

Я смотрю в его глаза, ничего не отвечая, ладонь сжимает член через джинсы, чувствую, какой он тверый, и от этого предвкушения мне становится до ломки в костях хорошо. Я знаю, что буквально через секунду заполучу его в себя и наконец почувствую то, чего так хотела с того самого момента, как разглядывала его, спокойно и жестко разговаривающего с моим обидчиком.

И само это ожидание кайфа, пожалуй, даже круче, чем сам будущий кайф. Тоньше и острее. Я опять тянусь у ремню, но Миша опять меня останавливает.

Я не понимаю причины, шиплю сквозь зубы и тянусь к его губам, чтоб заставить делать то, чего хочу я.

Он лишь усмехается нервно, уворачиваясь от моих губ, и я попадаю в небритую щеку, и это тоже кайф, потому что вкус его кожи мгновенно сносит все барьеры, что я еще пыталась удерживать, потому что тактильные воспоминания – охеренная вещь, и именно это происходит со мной сейчас.

А потом все заканчивается. Резко.