Анатомия измены (СИ)

Длинные и густые волосы цвета темного шоколада. Красивое лицо, без всяких уколов полные губы. Стройная. Грудь — твердая троечка — приподняв снизу двумя руками «близняшек», подкидываю. Задница — орех! — повернулась, выгнувшись дугой. Это бабы любят ушами, а мужчинам нужен сочный объект обожания… Жуткая обида гложет. Размазываю слезы по щекам. Заглушая звуки, прикусываю до боли запястье руки, оставляя вмятины. Я ведь хотела сохранить семью, исправить свою ошибку… А у него — Лизонька, блядь!

А-а-а-а! Снова расшвыриваю тряпье в разные стороны.

Наедине с собой я могу себе позволить быть слабой девчонкой, получившей удар по лицу. Мать любила хлестать по поводу и без повода. Не знаю, за что она так отрывалась именно на мне, а брата младшего, наоборот, баловала вниманием. То и получилось… Димка вырос во вседозволенности и всепрощении, не зная слова «нет».

Заваливаюсь спать почти под утро, передумав разные варианты дальнейшей жизни.

Проспала на работу! — чешу взлохмаченную гриву. Иду искать сына, который преспокойно включил телевизор и смотрит мультики.

— Миш, сегодня в садик не пойдем, ладно? — выдаю голосом курильщика и прокашливаюсь в кулак. Лицо свое опухшее я уже видела, с таким в люди идти никак нельзя.

— Але! Лен? Я приболела немного. На сегодня возьму отгул. Нет. Ничего серьезного. Завтра буду как огурчик. Спасибки! С меня коробка конфет, — подслащиваю суровую секретаршу, у которой при слове «конфеты» голос становится теплее и отзывчивей.

Вот и ладушки! Надо еще прибраться и вынести некоторый хлам на мусорку — окидываю взглядом спальню, где повсюду ворохом тряпки мужа валяются. Собираю все в пакеты и отношу в прихожую. Придется идти два раза, но ничего, справлюсь. Пусть теперь его овца одевает и обхаживает.

Сильно разодеваться не стала. Обычный спортивный костюм, кеды.