Адвокат Империи 5

— Как какой-то магический дар может…

— Очень даже может, — отрезал Князь. — Ты же видел силу Волкова?

— Ну? Погоди, ты имеешь в виду… такие тощие, тёмные и высокие. Будто из дымки состоят и очень зубастые?

— Значит, видел их, да? — усмехнулся Князь. — Александр, сила не берётся из ничего. Для неё нужен источник. Стихийный, жизненная сила, как в случае с целителями или же в определенных случаях тот, кто эту силу согласится дать.

— В каком смысле?

Я обошёл палату и присел на кресло рядом с кроватью.

— В прямом.

— То есть Браницкий…

— Да. — Князь кивнул и поморщился от боли. — Его род всегда имел связь с одной тварью. Огонь и возрождение. Думаю, что ты и сам догадаешься.

— Феникс? — несколько неуверенно спросил я, и Князь снова кивнул.

"— Верно. И да. Я абсолютно серьёзен. Не знаю, по какой причине у него пробудилась эта сила, но его связь оказалась сильнее, чем у кого бы то ни было в истории его рода. Он может не просто управлять пламенем. Оно для него как воздух. Буквально продолжение его воли. И его нельзя просто так убить. Если не ошибаюсь, то дыра в груди от пули — это самое смешное, через что ему пришлось пройти за последние двадцать лет. Думаешь, что ты первый, кто смог добраться до Браницкого? Мне порой кажется, что больше половины успешных покушений на него стали такими успешными только потому, что он сам позволил им случиться.

— Да кто в здравом уме будет позволять убивать себя… хотя забудь. Можешь не отвечать. Что я, забыл, что ли, о ком мы говорим?

— Вижу, что ты и сам уже понял, — усмехнулся Князь. — Безумным графом его не просто так за глаза называют.

Я пару минут посидел в раздумьях.

— Ладно. Чёрт с ним. Я сюда не за этим пришёл.

— Они зависят от вопросов, Александр.

— Опять твои идиотские игры…

— Только благодаря им я всё ещё жив…

— Ты жив, потому, что мы с Марией вытащили твою задницу, а не…

Я вдруг замолчал, ощутив идущий от него поток эмоций.

— В чём дело? — насторожился я.

— Ни в чём, — моментально отозвался он, но я не поверил.

— Так, вот давай ты будешь эту сказочку кому-нибудь другому рассказывать, а?

— Александр, я не просил меня спасать, — отрезал он.