Железный Воин Империи (СИ)

— Сдадите своим спецслужбам, чтобы они меня сломали, да? Я выдержу столько, сколько надо. А потом меня либо вытащат коллеги, либо помогут покинуть этот мир. И я стану героем.

— Боюсь, что героем вы не станете, — похлопал я Голье по плечу. А затем обратился уже к своему ИИ. — Галилео, ты отсканировал все документы, что я изучал в последние пару минут?

— Разумеется, — ответил помощник, используя внешние динамики дабы его слышал британец. — Текст, изображения и прочее я преобразовал в цифровые документы, систематизировал, даже пару найденных ошибок исправил.

— Молодец. А теперь выкладывай всё в сеть. Отдельно пошли эти документы нашим правоохранительным органам и в MI6. Пускай в Англии кого-нибудь инфаркт схватит. Ах да, не забудь всё обставить так, что это сэр Голье сам выбросил данные в сеть.

Максимус резко побледнел после сказанного мною. Я ему сейчас не просто выписал смертный приговор, но ещё и клеймо предателя ставлю на нём. Для него это наихудший вариант развития событий.

И потом хоть сам беги к своему начальству, убеждай их что не виноват. Только не добежишь — свои прикончат едва завидев. В течении нескольких минут как начальству Голье станет известно об утечке, сделанной якобы от его лица, они дадут команду всем своим цепным псам, находящимся в России, команду «фас». Может затем начнут разбираться с чего это патриот решил стать предателем и поймут, что дело нечистое. Но Максимусу от этого будет не легче.

— Уже сделано, — сообщил Галилео.

— Вы… Вы же не только погубили меня! — Начал злиться британец. — Я верно служил своей стране, а из-за вас теперь стану предателем!

— Если вас это успокоит, то вскоре после вашей смерти от рук своих же, я обелю ваше имя, — пообещал я ему. — И даже оставлю жирный намёк, что это всё моих рук дела. Это я и имел в виду, когда говорил о том, что мне нужен показательный пример. До остальных иностранцев должно дойти, что с ними случится если они решат действовать против меня.

— Вы клянётесь, что очистите моё имя?

— Своей честью и жизнью.

Вот ведь. Стоило мне это сказать как Максимус расслабился, хотя выглядел полностью разбитым и подавленным. Для него важнее его жизни оказалось то, что его всё же не запишут в предатели. Чудной человек, но это вызывает уважение к нему.

— Хорошо, тогда делайте то, что хотите, — едва слышно произнёс мужчина.

Я опустил забрало, а затем сломал подлокотники кресла освобождая руки британца.