Заповедь Варяга

Большинство из них были подставными лицами, за которыми четко вырисовывались контуры московских законных. В сообразительности ворам отказать было нельзя, они действовали умело и остроумно. Чувствовалось, что на них работают солидные финансисты, способные не только увидеть деньги, но и спланировать ситуацию, приводящую к значительному барышу. Более того, они едва не разрушили систему, которую лично он создал путем огромных усилий. Они посмели его шантажировать. Кого захотели напугать!

Подобная выходка выглядела перчаткой, брошенной в лицо, а на такие пакости Лукьянов привык отвечать достойно.

Конечно, не стоит горячиться и следует выверять каждый шаг, но реальность такова: вице-мэр – битая карта и вдобавок крапленая, а потому жалеть о нем не стоит. Если бы это не произошло вчера, то случилось бы через месяц. Правила конспирации требовали убирать всех тех, кто способен рассказать лишнее."

"Первым в списке будущих акционеров значился некий Нестор Бурцев – в компании он занимал должность начальника производственного отдела.

Судя по записям, он должен будет скупить почти пятнадцать процентов акций судостроительного завода. Это был человек Грача. Но Грач, разумеется, не знал о том, что его удалось перекупить еще неделю назад, и в день торгов он отправится в круиз по Средиземному морю. Против его фамилии Валерий Валентинович написал широким размашистым почерком: «Неопасен».

Следующим в списке был некто Труцков Иван, тоже подставное лицо. Будет скупать танкеры. За ним стоит Шевалье.

Мужик оказался несговорчивым, а, следовательно, перед торгами ему придется создать серьезные проблемы. Напротив его фамилии Лукьянов поставил вопросительный знак. Подумав, подчеркнул. Восьмым в списке значился Епифанов Александр – директор магазина детских игрушек. Оставалось только недоумевать, откуда у мелкого коммерсанта, чьей месячной выручки едва хватает на то, чтобы купить мороженое отпрыскам, вдруг оказалась в руках сумма, которую невозможно потратить даже за сто жизней. Имеет большое желание скупить половину сталелитейного завода. Без особого труда было установлено, что через него будет действовать московский вор Резван. Подумав, Валерий Валентинович написал: «Неопасен». На этого кадра тоже можно накинуть подходящий ошейник. За час до аукциона у него исчезнет единственная дочь и грубоватый мужской голос известит его, что если он осмелится появиться на торгах, то уже на следующий день получит в посылке голову своего единственного чада.