Залог страсти

За последующие недели они не услышали ничего важного и поэтому решили поехать в Рэт, на свадьбу молодого Роберта Бэрда. Поездка заняла больше времени, чем если бы супруги отправились в путь одни, но они решили взять с собой детей, чтобы родители увидели внуков, с которыми расстались после их рождения.

Лэрд Рэт и его жена были на седьмом небе от радости. К восторгу Анабеллы, и Сорча, жившая поблизости, и Мирра, прибывшая с нагорья, тоже приехали в Рэт. Маленький дом был переполнен. Сестры и их дети спали в старой комнате девушек, на верху башни.

– К несчастью, она – копия папаши, – вздохнула Мирра. – Дикарка с нагорья.

– Значит, ты несчастлива? – спросила Анабелла.

– Несчастлива? – фыркнула Мирра. – С чего это? У меня хороший муж, хороший дом, дочь и надежда на то, что в следующем году появится новое дитя. Нет! Нельзя сказать, что я несчастлива!

Мужчины спали в зале.

День венчания выдался солнечным, поскольку стоял август, а август всегда был теплым месяцем. Брюсы из Клайда приехали рано утром с развевавшимися флагами и волынщиками. Нежная невеста восседала на гнедой кобыле, которую вел в поводу ее отец. Анабелле Элис показалась хорошенькой, хотя у нее не было красоты леди Энн или ее младших дочерей.

Пастор из ближайшей деревенской кирхи пришел, чтобы соединить молодую пару в простой и незатейливой церемонии, после которой все вернулись в башню, чтобы отпраздновать свадьбу. Обед был накрыт в зале. Подавали жареное мясо: говядину, оленину, баранину и кабанятину. В ручьях наловили лосося и форели. На столе красовалось угощение: огромный пирог с крольчатиной, морковью, крошечными луковичками в густой винной подливе и с хрустящей корочкой; хорошо поджаренные утки, плавающие в сливовом соусе; каплуны, фаршированные шалфеем, хлебными крошками, луком и сельдереем; две жареные индейки и блюдо с перепелиными яйцами; латук, сваренный в белом вине; миски с молодым горохом.

Все ели и поднимали кубки в честь новобрачных.