Власть огня

Его уволокли в лес прямо у меня на глазах. И с тех самых пор я места себе не нахожу от страха… Вздрагиваю от любого шума, боюсь собственной тени. А бабушка видела мое состояние и просто хотела меня спасти… А еще мои родители просили передать, что Время ведьм еще не прошло. Еще две ночи до его завершения.

– Время ведьм? – переспросил Макс.

– Это особый период, связанный с фазами лун, – объяснила Роза. – Дни, в которые заниматься черной магией лучше всего. Мама боится, что Лесной Хозяин вернется за мной, ведь я – последняя… из детей со способностями.

– Мы работаем над этим, – ответила Камилла. – А что до твоей просьбы… Не переживай.

– Мы переночуем у вас эти две ночи, – пообещал Макс. – И будь уверена, никому не позволим причинить тебе вред.

– Спасибо!

Роза подскочила к Максу и вдруг обняла его, крепко прижавшись лицом к груди.

– Мы живем в доме неподалеку от городских ворот, – сообщила она. – Белый домик с коричневой крышей. Приходите вечером, я и мои родители будем ждать вас!

И девушка убежала, ни разу не оглянувшись. Она и впрямь была слишком смущена и напугана. Камилла и Макс озабоченно переглянулись.

– Ради таких моментов мы и делаем то, что делаем, – произнесла Камилла, и Макс согласно кивнул.

– В Зерцалии все еще столько зла… Я и сам творил очень нехорошие вещи, когда служил в гвардии Императора. Теперь, спасая невинных от разных напастей, я могу хоть как-то искупить свою вину, – признался парень.

– Аналогично, – ответила Камилла. – Служить мне не довелось, нас освободили гораздо раньше. Но жизнь в монастыре ведьм была отнюдь не сахар. Они заставляли одних воспитанников издеваться над другими. Со мной тоже происходили вещи, за которые мне стыдно до сих пор.

– И как, удается? – тихо спросил Беркут. – Не вспоминать?

– Не всегда, – честно призналась девушка. – От прошлого не уйти. Рано или поздно оно настигает тебя, обрушивается, словно снежная лавина, и погребает под собой. В моей жизни случилось немало гадкого. Подозреваю, в твоей тоже?

Макс пожал плечами.

– Многого я просто не помню, – признался он. – Но это и к лучшему.