Вишня во льду

Но печь оставил и выложил ее изразцами. А делает их наш сосед дядя Леша, а вслед за ним его старший сын Никита и его жена Наташа. У них семейный подряд. Всю округу снабжают и иностранцам продают. Бренд у них, конечно, не такой раскрученный, как знаменитая куракинская керамика в Вологодской области, но делают они ничуть не хуже и значительно дешевле. А уж для своих-то – тем более. Хотите, я договорюсь?

– Не знаю, – засомневался Дорошин.

– А давайте, пока выходные дни, съездим к нам в деревню, вы своими глазами посмотрите на печь нашу, на изразцы, с дядей Лешей познакомитесь, с Никитой, с Наташей.

– А что, давайте, – согласился Дорошин, которому ужасно понравилась подобная перспектива. – Поехали завтра?

– Нет, завтра у меня есть запланированные дела, которые я не могу отменить. А вот послезавтра поедем, если вы не передумаете. И у меня будет к вам просьба, Виктор Сергеевич, давайте Габи с собой возьмем, если можно."

"Она смотрела на него жалобно-жалобно.

– Можно. Мы обязательно возьмем с собой Габи, – серьезно сказал Дорошин. – И, Елена, я совершенно точно не передумаю.

* * *Третьего января у Дорошина внезапно тоже оказались дела, и если с вечера он досадовал, что поездка с Еленой за город откладывается, то с утра решил: все, что бог ни делает, к лучшему. Дела сводились к тому, что к нему нагрянула вернувшаяся из Праги Ксюша. Около десяти часов утра она материализовалась у калитки, напомнив Дорошину основательно забытую песню его молодости про «то ли девочку, то ли виденье».

– Я соску-училась, – пропела она, войдя в прихожую, скинула ему на руки невесомую, похоже, соболью шубку, тряхнула своими невозможными золотистыми волосами, стряхивая прилипшие снежинки.

Признаться, что он и не скучал вовсе, Дорошину было неловко, тем более что плотские инстинкты тут же не преминули напомнить о себе.

– Скучал, – сказал он, притягивая молодую женщину к себе. – Как же здорово, что ты догадалась приехать, да еще и сюрпризом!

– А я специально.