Вечный любовник

Ничегошеньки от Сэма Рэйми[67] или Роджера Кормана.[68] Она вообще слышала о «Зловещих мертвецах»?[69] Нет, подождите, есть надежда. Он вытащил коробку. «Носферату. Симфония ужаса».[70] Классическое немецкое кино про вампиров 1922 года.

— Тебе что-то понравилось? — Спросила она.

— Да, — он глянул через плечо.

О… черт. Насколько он мог судить, она была одета именно для любви: фланелевые пижамные штаны со звездами и луной. Маленькая белая футболка. Свободные замшевые мокасины.

Она потянула за край футболки, пытаясь опустить ее пониже.

— Я думала надеть джинсы, но я так устала, а это я всегда одеваю на ночь. Ну, э-э-э… чтобы расслабиться. Ну знаешь, ничего необычного.

— Ты нравишься мне во всем этом, — сказал он низким голосом. — Ты уютно выглядишь.

Ага, к черту все это. Она выглядела очень съедобно.

Выбрав кино и включив телевизор, он схватил сумку, перенес ее поближе к дивану и уселся на него, расположившись как можно дальше от нее. Он потянулся, претворяясь, что каждый мускул в его теле расслаблен.

— Ты можешь положить ноги на столик, если хочешь, — сказала она.

— Все нормально.

Он потянулся влево и выключил лампу, надеясь, что вскоре она заснет. По крайней мере, тогда он сможет свободно передвигаться по дому и следить за округой, не тревожа ее.

Прошло пятнадцать минут, и она сказала:

— Прости, но я просто валюсь с ног.

Он взглянул на нее. Она свернулась клубочком, волосы рассыпались по плечам. Кожа ее светилась и блестела в мерцании экрана телевизора. Веки отяжелели.

Вот она выглядит, проснувшись утром, подумал он.

— Давай, Мэри. А я еще ненадолго задержусь, ладно?

Она натянула на себя мягкое светлое покрывало.

— Да, конечно.

— Подожди. Не могла бы ты звать меня… другими моим именем?

— Хорошо, каким?

— Рейдж.

Она нахмурилась.

— Рейдж?

— Да.

— А, конечно. Это что-то типа прозвища?

Он закрыл глаза.

— Да.

— Ну, Рейдж… Спасибо за сегодняшний вечер. За уступчивость, я имею в виду.

Он тихо чертыхнулся, подумав, что вместо благодарности от нее он скорее заслужит хорошую порку. Ее чуть не убили из-за него. Теперь она стала мишенью для лессеров.