Вечный любовник

Красный контейнер со значком «биологическая опасность».

Мэри почувствовала, что ее сейчас вырвет.

— Доктор Дэлиа-Крос сказала, что хочет проверить ваши основные показатели.[63] — Медсестра передала ей чистый, складчатый квадрат такни. — Наденьте это, пожалуйста, она скоро придет.

Эти халаты тоже были одинаковыми. Тонкие, из мягкого хлопка, с розово-голубым рисунком. С двумя парами завязок. Ей всегда казалось, что она надевает эти штуки неправильно, хотя разрез, действительно, должен был находиться сзади.

Переодевшись, Мэри залезла на стол, свесив ноги. Без одежды было прохладно, и она посмотрела на нее, аккуратно уложенную на стуле рядом со столом. Она бы заплатила неплохие деньги, что бы забрать одежду прямо сейчас.

С колокольным звоном и свистом в ее сумочке проснулся мобильник. Она снова слезла на пол и на цыпочках подошла к стулу.

Она не узнала номер звонившего и без всякой надежды взяла трубку.

— Алло?

— Мэри.

Звук низкого мужского голоса, заставил ее колени подогнуться от облегчения.

— Привет, привет, Хел. Спасибо за звонок. — Она оглянулась вокруг в поисках сиденья, потому что не хотела разговаривать с ним, расположившись на столе для осмотра. Кинув одежду себе на колени, она уселась на стул. — Слушай, я очень сожалею насчет вчерашней ночи. Я просто…

Послышался стук, а потом в дверном проеме показалась голова медсестры.

— Простите, а вы приносили результаты сканирования костей, сделанного в прошлом июле?

— Да, они должны быть в моей истории болезни.

Когда медсестра закрыла дверь, Мэри сказала:

— Извини.

— Где ты?

— Я, э-э-э… — Она откашлялась. — Это неважно. Я просто хотела бы, чтобы ты знал, как я отвратительно себя чувствую после всего того, что наговорила тебе вчера.

Повисла тишина.

— Я просто запаниковала, — сказала она.

— Почему?

— Ты заставил меня… Просто я… — Мэри смяла край халата. Слова выскочили сами собой. — У меня рак, Хел. Я имею в виду, что он у меня был и мог вернуться.

— Я знаю.

— Так Бэлла сказала тебе. — Мэри ждала, что он подтвердит это, но он не сделал ничего подобного, и она глубоко вздохнула. — Я не говорю, что лейкемия может служить оправданием моего вчерашнего поведения. Я просто… Сейчас в несколько подвешенном состоянии. Я в растерянных чувствах, а ты у меня дома… — и меня так влечет к тебе — это просто сработало как спусковой крючок, и я сорвалась на тебе.

— Я понимаю.