Утро, день, ночь

– Вы сказали, что не знаете точной цифры, которой оценивается состояние отца. Позвольте спросить почему?

– Потому что мы ведем только личные дела вашего отца. Его корпоративные интересы представляют две другие юридические фирмы. Я уже связался с ними и попросил как можно быстрее подготовить все финансовые декларации.

– И сколько времени им на это потребуется? – спросила Кендолл.

В письме говорилось: «В самое ближайшее время нам необходимы 100 тысяч долларов для покрытия текущих расходов».

– Вероятно, два или три месяца.

Марк заметил тревогу, пробежавшую по лицу жены, и обратился к Фитцджералду:

– А нельзя ли ускорить этот процесс?

– Боюсь, что нет, – ответил Стив Слоун. – Завещание должно пройти через суд по делам о наследстве, а сейчас они загружены под завязку.

– Что такое суд по делам о наследстве? – вмешалась Пегги.

– Этот суд проверяет…

– Ей без разницы, что он там проверяет! – оборвал Слоуна Вуди. – Почему мы не можем разделить денежки прямо сейчас?

Тайлер посмотрел на брата.

– Потому что таков закон.

Если человек умирает, его завещание поступает в специальный суд. До этого необходимо провести оценку всех активов: недвижимости, акций, наличных, драгоценностей. Составляется подробная опись, которая также поступает в суд. С наследства уплачиваются налоги. Потом подается петиция на разрешение распределить остаток между наследниками.

Вуди усмехнулся:

– Ну и черт с ним. Я ждал сорок лет, чтобы стать миллионером. Смогу подождать и еще месяц-другой.

Саймон Фитцджералд поднялся.

– Основная доля наследства отписана вам, но есть еще мелкие суммы, предназначенные другим людям.

Они составляют лишь малую долю состояния мистера Стенфорда. – Он оглядел сидящих. – Если больше вопросов нет…

Тайлер тоже встал.

– Думаю, что нет. Благодарю вас, мистер Фитцджералд, мистер Слоун. Если возникнут какие-нибудь проблемы, мы свяжемся с вами.

Фитцджералд кивнул:

– До свидания, дамы и господа. – Он повернулся и направился к двери.

Стив Слоун последовал за ним. На подъездной дорожке Фитцджералд обернулся к Стиву.

– С родственниками ты познакомился. Что скажешь?

– По-моему, у них скорее праздник, чем траур. Одно меня удивляет, Саймон. Если отец ненавидел их так же, как они ненавидят его, почему он оставил им все состояние?

Саймон Фитцджералд пожал плечами:

– Вот этого мы не узнаем никогда. Может, за этим он и вызвал меня, чтобы переписать все деньги на кого-то еще.

В ту ночь никто из детей Гарри Стенфорда не спал, все они были погружены в свои мысли.