Утро, день, ночь

Невозможно определить, кто за ним стоит. Он посмотрел на сидящую рядом Кендолл. Бледную, напряженную. Сколько же она сможет еще выдержать? Он придвинулся к ней.

– …Милосердию Божьему и Его защите вверяем мы тебя. Бог благословит и сохранит тебя. Бог обратит к тебе Свое сияющее лицо, и прольется на тебя Его благодать. Бог примет тебя к Себе, дабы успокоилась душа твоя и пребывала в мире сейчас и во веки веков. Аминь.

После окончания панихиды священник объявил:

– Похороны будут закрытыми… только для родственников.

Тайлер стоял у гроба и думал о лежащем в нем теле. Прошлым вечером из аэропорта он сразу поехал в похоронное бюро до того, как гроб заколотили: он хотел увидеть отца мертвым.

Вуди наблюдал, как гроб выносят из церкви мимо людей, съехавшихся на похороны со всего света, и улыбался: главное – дать людям то, что им хочется.

Служба у могилы на кладбище Маунт-Обурн в Кембридже заняла лишь несколько минут. Под взглядами родственников гроб с телом Гарри Стенфорда опустили в могилу, закидали его землей.

– Вам нет нужды оставаться здесь дольше, чем вы того хотите, – подвел черту священник.

Вуди кивнул:

– И это правильно. – Действие героина сходило на нет, его начало трясти. – Пора выметаться отсюда.

– И куда мы поедем? – спросил Марк.

Тайлер оглядел стоящих у могилы.

– Мы остановимся в Роуз-Хилл. К нашему приезду все готово. Побудем там до оглашения завещания.

Вскоре лимузины уже везли их в поместье Стен-фордов.

В Бостоне строгая социальная иерархия соблюдается неукоснительно.

Нувориши живут на авеню Содружества, поднявшиеся по социальной лестнице – на Ньюбюри-стрит. Менее влиятельные семьи, ведущие свой род со времен революции, – на Марлборо-стрит. Бэк-Бей – самый престижный район, но цитаделью богатейших и знатнейших семей Бостона остается Бикон-Хилл. Россыпь викторианских городских домов, особняков, старинных церквей, шикарных магазинов.

Поместье Стенфордов Роуз-Хилл занимало три акра на Бикон-Хилл. Дом, в котором выросли дети, оставил у них неприятные воспоминания.

Когда лимузины остановились у парадного входа, пассажиры вылезли из машин и долго смотрели на старые стены.

– Не могу поверить, что отца нет, что он не дожидается нас! – вырвалось у Кендолл.

Вуди усмехнулся:

– Он сейчас слишком занят в аду.

Тайлер глубоко вздохнул:

– Пошли.

Едва они подошли к двери, как та распахнулась и на пороге возник Кларк, дворецкий. В Роуз-Хилл он прослужил больше тридцати лет.