Утро, день, ночь

– Что… что я должен сделать?

– Откровенно все рассказать…

И теперь в конференц-зале адвокатской конторы «Ренкуист, Ренкуист и Фитцджералд» Хол Бейкер стоял лицом к лицу с Тайлером Стенфордом.

– Как поживаете, судья?

– Эй! – воскликнул Вуди. – Да это же Френк Тиммонз!

Стив обратился к Тайлеру:

– Этому человеку вы приказали тайком проникнуть в помещения, занимаемые нашей фирмой, и снять копию завещания вашего отца. По вашему же приказу он вырыл тело вашего отца и пытался убить Джулию Стенфорд.

Тайлер, однако, быстро пришел в себя:

– Да вы сумасшедший! Он же неоднократно судимый преступник.

– Никому и не надо ему верить. Ранее вы уже видели этого человека?

– Конечно. Я же его судил.

– И как его зовут?

– Его зовут… – Тайлер заметил ловушку. – Я хочу сказать… наверное, у него много вымышленных имен.

– На судебном процессе, который вы вели, его звали Хол Бейкер.

– Да… совершенно верно.

– Однако в Бостоне вы представили его как Френка Тиммонза.

Тайлер не нашелся с ответом.

– Ну… я… я…

– Его освободили под ваше поручительство, и вы использовали его, чтобы убедить брата и сестру в том, что Марго Познер – настоящая Джулия.

– Нет! Я не имею к этому ни малейшего отношения. Я впервые увидел ту женщину в Бостоне.

Стив повернулся к лейтенанту Кеннеди.

– Вы это запомнили, лейтенант?

– Да.

Стив посмотрел на Тайлера.

– Мы навели справки о Марго Познер. Вы вели и ее судебный процесс, а потом Марго освободили под ваше поручительство.

Тайлер тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки.

– Я… я… Это нелепо!

– Вы арестованы, судья Стенфорд, по обвинению в подготовке убийства. Мы оформим необходимые документы и отправим вас в Чикаго.

Тайлер пошатнулся. Его мир рухнул, как карточный домик.

– Вы имеете право молчать. Если вы откажетесь от этого права, все сказанное вами может быть использовано против вас на судебном процессе. Вы имеете право говорить с адвокатом и требовать его присутствия, когда вам будут задавать вопросы. Если у вас нет средств, чтобы нанять адвоката, его назначит вам суд, а до этого допрашивать вас не будут. Вы меня поняли? – спросил лейтенант Кеннеди.

– Да.