Ты доиграешься, детка

Приподнялся, выпрямляя руки в упоре лежа, а потом откатился и сел на постели, стряхивая наваждение.

– Собирайся. Через час выезжаем.

Глава 27

Позавтракали в молчании. Это вообще наше любимое занятие в последнее время – молчать. После того случая в ограде нас как обрубило. Стас изо всех сил делал вид, что меня не замечает, а я прекратила делать все ему назло. Потому что в его тогдашних словах был смысл.

Он и правда может трахнуть меня силой, и мое сопротивление лишь формальность. Азарт от его неподдельного бешенства, когда я что-то вытворю, пьянил, и я совсем забыла, с кем имею дело.

С бабником, у которого в крови играть с жертвой, прежде чем сожрать. И у нас сейчас стадия игры. Значит, надо ее заканчивать.

Странно, но после той ночи вне дома Стас больше не ходил ночевать к своей лохудре. Не знаю, что там у них за отношения, может, чисто секс без обязательств, но меня все равно передергивало от боли, когда одинокими вечерами лежала одна в постели и замирала от каждого шороха, боясь, что Стас снова не придет.

А он приходил. Поздно, ближе к полуночи, когда тьма в комнате становилась непроглядной, а тишина давящей. Заходил, стягивал одежду и молча забирался в постель, стараясь меня не касаться.

И мне бы радоваться, но вместо этого хотелось рыдать.

Ненавижу его!

– Где ключи от машины? – Стас, видимо, задал свой вопрос уже второй раз, об этом кричало нетерпение на его лице, а я моргнула, стряхивая оцепенение и, отодвинув чашку чая, поднялась на ноги. Ключи от машины видела на подоконнике, странно, что он не заметил.

И он скрылся за дверью, а я вернулась к столу, но вместо того, чтобы допить чай, вылила его в раковину старенького умывальника и ополоснула чашку.

Дорога заняла у нас около полутора часов при том, что Стас не плелся, а выжимал газ в пол, давая своей железной бестии взреветь от нетерпения. Обожаю бэхи. Ни одна машина не сравнится с их элегантной грацией.

Улыбнулась собственным мыслям, вспоминая, как Маринка купила БМВ, а уже через полгода взвыла, когда понадобилось перебирать подвеску. Помню, тогда вся ее годовая премия ушла на ремонт машины, и мы так и не купили то платье от Гуччи. А собирались в складчину. Господи, как это было давно.

Перед глазами возник образ сестры, и я ощутила острый укол в сердце.