Целительница моей души

А поговорить нам было нужно до того, как мы окажемся засыпаны вопросами.

– Ρонт, — я положила мальчику руки на плечи и заглянула в глаза, чтобы подчеркнуть важность своих слов. — О том, что ты узнал с помощью своего дара, никому говорить нельзя. Те, кому нужно, всё поняли и сделали выводы, а больше никто знать не должен.

— Но… раз она виновата… — растерянно пробормотал мальчик, — всё равно же все узнают!

— Нет. Она будет наказана, — поспешила успокоить Ронта, видя его недоумение, — и наказана очень серьёзно.

— Дети, — повторил мальчик и кивнул. — Они славные и не виноваты, что их мать… Да, они не должны ничего знать, я согласен. Это не моя тайна. От меня никто ничего не узнает. Только… они же спрашивать будут, — и он мотнул головой в сторону кухни.

— Расскажи об ужине, опиши семью короля, заострись на детях — вроде как взрослые со своими разговорами тебе были не особо интересны. Об игре не забудь.

— А о том, что ты — невеста короля? — хитро улыбнулся парнишка.

— Лучше всё же пока не афишировать, кто мы такие, так проще будет, — покачала я головой. — И в школе, и вообще. Вот когда после свадьбы переедем во дворец…

Я вздохнула и обвела взглядом свой уютный кабинет. Моя жизнь снова менялась, наверное, всё же в лучшую сторону, но по своему домику, который за пару недель успел превратиться в уютное жилище, я буду скучать. И по своим пациентам — тоже.

Хорошо, что королевские свадьбы быстро не организуется. Нужно время на подготовку — его должно хватить, чтобы привыкнуть к новому этапу нашей жизни.

— Так говорить им? Или ты сама?

— Лучше я. Завтра. Я и сама-то ещё даже толком не знаю, как всё будет дальше. И что нас ждёт.

— Мам, мы справимся, — Ронт крепко меня обнял, чего давно не делал, считая себя уже слишком взрослым для всяких «девчачьих нежностей».

— Конечно, — я улыбнулась и тоже его обняла, позволив себе минутку слабости, черпая в этих объятиях силу и уверенность. — А теперь пойдём и разгоним этих полуночников по постелям, школу завтра никто не отменял.