Точно как на небесах

Поэтому ему так нравилось проводить время со Смайт-Смитами. В их доме всегда царила шумная неразбериха; Маркус почти незамеченным проскользнул в их жизнь и стал частью семьи.

Единственной семьи, которую он знал.

Она коснулась его лица, проведя пальцем по носу.

– Ты был бы слишком идеальным, если бы не был стеснительным, – сказала она, – слишком похожим на книжного героя. Уверена, ты, конечно, не читаешь готические романы, но думаю, что мои подруги видят в тебе одного из персонажей миссис Горели.

Он всегда подозревал, что недаром ему не нравятся ее подруги.

– Откровенно говоря, я и сама не знаю, герой ты или злодей.

Маркус решил не принимать это за оскорбление. Гонория наверняка ехидно улыбалась.

– Ты должен выздороветь, – прошептала она. – Я не знаю, что со мной будет, если ты не выздоровеешь. – А потом продолжила так тихо, что он едва ее услышал: – Думаю, ты мой счастливый талисман.

Он попытался раздвинуть губы. На такое признание было просто необходимо что-то ответить. Но его лицо все еще было тяжелым и неподвижным, и он смог издать только несколько вздохов.

– Маркус? Ты хочешь воды?

На самом деле он действительно хотел пить.

– Ты проснулся?

В каком-то смысле.

– Вот, – сказала она, – попробуй.

Он почувствовал, как что-то коснулось его губ. Ложка, роняющая ему в рот капли теплой воды. Однако глотать было очень трудно.

– Не думаю, что ты проснулся, – произнесла она.

Он услышал, как она откинулась на стуле. Потом вздохнула. Она явно устала. Ему это не нравилось.

Но он был рад, что она здесь.

Глава 12

– Доктор! – Гонория стремительно вскочила на ноги, увидев молодого человека, вошедшего в комнату. Кажется, она никогда раньше не видела доктора без седины в волосах.

– Его нога, – сказала она. – Думаю, вы не видели ее, когда…

– Я не осматривал его раньше, – резко прервал ее доктор. – Сюда приезжал мой отец.

– О. – Гонория уважительно отступила на шаг, когда врач наклонился над ногой Маркуса. Леди Уинстед, вошедшая вслед за доктором, подошла к дочери.

Потом взяла ее за руку. Гонория, благодарная за поддержку, ухватилась за материнскую руку, как за спасательный круг.

Молодой человек осматривал ногу Маркуса далеко не так долго, как Гонория считала необходимым, потом наклонился и приложил ухо к его груди.

– Как много настойки опия вы ему дали?

Гонория посмотрела на мать, которая отмеряла порцию.

– Ложку, – произнесла леди Уинстед, – или две.

Доктор сжал губы и выпрямился.