Точка Бифуркации #2

Но в голове у неё крутилась пара ласковых… Подумаешь тоже, «дискредитироваться» они не хотят перед этим мелким говнюком!

— Если это так принципиально важно, то я могла бы самолично сообщить Обломову, что школа не имеет к нему каких-либо финансовых претензий.

Откровенно говоря, женщина хотела уже закончить этот пустой разговор и перейти к более серьёзной теме. Потому как томительное ожидание перед казнью, было зачастую много хуже, чем сама казнь.

— Поздно, Вика. Он уже заплатил нам эту несчастную сотню тысяч.

Демонстративно. — покривился в лице граф. — И подбросил клан ещё на как минимум два десятка миллионов. — проворчал он себе под нос уже тише.

— Это как…? — неподдельно удивилась директор."

"— Сами не знаем. — слегка раздраженно махнул рукой Сергей. — Теперь к столовой. — на этих словах он цепко оглядел собеседницу и после небольшой паузы продолжил. — Как обычно на такую халатность реагирует Его Светлость, ты знаешь. Твоё счастье, что оба предателя были пойманы и ему есть с кого спускать шкуру.

 — Белорецкий отвел взгляд в сторону окна и немного тише добавил. — Я не верю, что ты в этом замешана и если оно так и окажется, то я постараюсь сделать так, что ты отделаешься только должностью. Собственно, кабинет освободить придётся уже сегодня.

— Благодарю. — не сдержав эмоций, Виктория покраснела, а на глазах предательски выступили слёзы. — Куда меня переведут?

— Займёшь место Лидии Васильевны.

Не веря своим ушам, бывшая директор этой школы, беззвучно хлопая губами подняла глаза на графа и удивлённо вскинула брови, пытаясь понять в чём подвох.

— А в этот кабинет уже кого-то назначили? — осторожно поинтересовалась Виктория.

— О, да. — сочувственно вздохнув, ответил Сергей Константинович. — Тимофей Степанович уже едет.

— Лучше сразу меня убейте… — рухнула на стоявший рядом стул женщина, приложив руки к вискам.

— Это было бы слишком легко. — шутливо бросил Белорецкий и направился в сторону выхода.

 — Приведи себя в порядок.

Но Виктория с большим запозданием переварила услышанное. Одновременно с этим до неё дошло, что она даже не удосужилась подняться со стула и попрощаться с графом. Он-то, конечно, ей это простит или даже может и не заметить, но сама она была воспитана совсем иначе, чтобы позволять себе подобное бескультурье.

— Ну почему именно он!? — подняв руки к потолку воскликнула она и от бессилия топнула ногой.