Король Воронов

Спрашивать, кому предназначаются наряды, он не собирался, однако Ники поймал его взгляд и надулся от гордости:

– У меня отличный вкус, правда? Можешь примерить, если хочешь, но я и так знаю, что не ошибся с размером.

– С какой стати мне это мерить?

– С такой, что это твои шмотки. – Ники произнес это как нечто само собой разумеющееся и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты же в курсе, что тренер еще с июня долбит нам кукушку насчет твоего гардероба? Он пригрозил, что заставит нас бежать марафон, если мы не решим вопрос.

– Да что не так с моей одеждой-то?

– Отмотаем назад на тот момент, когда я просил не спорить, ладно? Я хорошо его запомнил, ведь всего пять секунд прошло. – Когда Нил потянулся за одеждой, Ники отдернул руки. – Нет уж, я сам подержу. А ты пока подбери себе штаны.

Нил мысленно сосчитал до десяти, однако унять вскипевшее раздражение это не помогло.

– В жизни больше не поеду с вами по магазинам.

– Ага, как же. Чувак, теперь я начинаю понимать, почему Эндрю оставил тебя здесь. Хорошо, что он не послушал, когда я предложил ему взять тебя с собой.

– Взять меня с собой куда?

– Ну, кое-куда, – туманно ответил Ники. – Сосредоточься на текущей задаче, Нил. Чем дольше ты будешь стоять столбом, тем дольше мы тут проторчим.

Нил отогнал мысли об Эндрю, Элисон и Рико и переключился на одежду. Со слаксами он определился довольно быстро, а вот несколько выбранных им рубашек Ники забраковал.

– Раз уж эти шмотки тебе не нравятся, платить за них ты не будешь. Заплатит универ – ну, почти: деньги спишутся с карты тренера. Э, э! – Ники попятился, не давая Нилу выхватить у него вещи. – Еще раз полезешь, укушу. И не думай, что это пустая угроза. Я знаешь как кусаюсь! Иди Эрика спроси.

– Хватит нас позорить, – разнял их Кевин. – Ники, вали на другую кассу.

– Я сам могу купить себе одежду, – снова запротестовал Нил, когда Хэммик ускакал прочь.

Кевин медленно оглядел его с головы до ног. Джинсы Нила вылиняли до беловато-серого оттенка, горловина футболки замахрилась, подол обтрепался. На него не впервые смотрели как на бездомного, но высокомерная снисходительность Кевина била наотмашь. Сперва Нила обожгло стыдом, однако он подавил это чувство.