Тайный сын миллиардера

С бороденкой! Мееее!

— Ну не-е-ет! Я не хочу быть козлом! — начал переживать Мирослав.

На минуту мы с Кириллом остались одни.

— Я привезу Буську.

— Вы зовете ее так? — спросила с першением в горле. — Или называется Агнесс?

— Максимум, Агни. Друзья из школы так зовут…

— Друзья из школы, — повторила эхом. — Черт, она стала совсем большая!

— Она чудесная девочка и очень добрая, я об этом позаботился! — спохватился Кирилл и дотронулся до моего плеча. — Все будет хорошо. Мы справимся, да?

Я осторожно сделала шаг навстречу и обняла его, услышав, как гулко и часто билось его сердце! Крестовский не стал предпринимать попытки поцеловать меня или чего-то большего, несмотря на то, что ему хотелось.

— Тебе пора.

— Угу, — промычал в мои волосы. — Ты охеренно пахнешь.

— Езжай за дочкой! — вырвалась из его объятий.

— Жди, скоро приеду.

Кирилл все же урвал поцелуй в щечку и покинул дом пружинистым шагом.

Немного постояв, я присоединилась к Ясе и сыну, помогла им прибраться, потом мы подумали, чем накормить гостей и отправились в ближайший магазин за овощами и фруктами…

Приятные хлопоты отняли немало времени. Лишь после этого мы добрались до своих вещей. Получив фломастеры и бумагу, сынишка умчался рисовать, оставив нас с Ясей наедине. Я раскладывала вещи, Яся болтала обо всем на свете и сильно удивилась, когда я достала из чемодана вазу.

— Ваза? — рассмеялась она. — Это шутка прислуги?

— Нет, думаю, сам Стефан положил или отдал приказ положить эту вазу.

— Эээ… Сам положил в чемодан вазу среди нижнего белья? Хочешь сказать, он мог рыться в твоих трусиках? — скривилась Яся. — Еще и нюхал их, наверное.

— Фу, прекрати говорить такие гадости! Это очень ценная ваза. Стефану подарили ее партнеры из Китая. Тогда я впервые работала с ним над крупным проектом в качестве помощницы.

— Как скажешь! Я бы убрала эту вазу из спальни, синий не сочетается с бежевым. В гостиную поставь, — посоветовала. — Там обои с крупными синими цветами. Будет смотреть хорошо!

Пока я бережно опустила вазу на прикроватную тумбу.

— Когда скажешь? — немного помолчав, спросила Яся.

Она не уточнила, но я и без дополнений поняла, о чем шла речь — об отцовстве Кирилла.

— Не знаю.